File engine/modules/ed-shortbar/bar.php not found.
Библиотека книг онлайн
  Добавить в Избранное   Сделать Стартовой  
книги
 
  Search  
электронная библиотека
онлайн библиотека
Главная     |     Регистрация     |     Мобильная версия сайта     |     Обратная связь     |     Карта сайта    |     RSS 2.0
библиотека
     
» Олег Измеров Дети Империи

 

Олег Измеров Дети Империи



10. Идентификация без Борна.



Эту ночь Виктор спал без снов, словно бы сразу провалившись в какой-то клубящийся сумрак. Утром его поднял звонок вадимовского будильника. Сегодня надо было идти на эту самую загадочную регистрацию, к которой все так легко относились, но никто ничего путного и не сказал. И, самое интересное, никто не сказал, какие туда нужны документы. Вернее, никто не сказал, что туда вообще какие-то документы нужны. Виктору, привыкшему как к советской, так и к постсоветской бюрократии, все это представлялось весьма странным: в его реальности число бумажек и требуемых справок только росло и они приобретали все более немыслимые формы по мере попыток их упразднения.


Взглянув на время, Виктор тут же бросился одеваться и поспешил на Орджоникидзеград. Был шанс пройти через проклятую дверь в то же самое время. Застегиваясь на ходу, он проскочил мимо вахтера и быстрым шагом рванул по улице в сторону ДК БМЗ. Ах да, БМЗ, как он узнал, называется завод Профинтерн. Станция возле него — "Красный Профинтерн", а название завода, наверное, сократили, ну и черт с ним, главное успеть на станцию, может быть, это разом решит проблемы и с регистрацией и со всем. Жаль, паспорт, российские деньги и мобила остались в тайнике, ну это не самая большая беда — паспорт выдадут, в том мире есть кому подтвердить, деньги не последние, а мобилу купим…


Точно по времени Виктор проследовал те же самые двери. Внутри ничего не изменилось. Тот же песочного цвета зал, та же уборщица, пара пассажиров. Он для верности походил еще несколько раз взад-вперед. Бесполезно. На путях громыхали товарные вагоны, которые тащил маневровый паровоз, под фонарями искрился снег и пахло углем. снег и пахло углем. На Вокзальной, на площади у станционного здания, стояли сани-розвальни с лошадью. Виктор плюнул и пошел по перрону в сторону переезда — за ним по Ленина располагались милиция и паспортный стол.


В здании районного отдела МВД ему сразу указали на коридорчик, где занимались регистрацией. Очереди, по крайней мере, с утра, Виктор не заметил. Дальнейшая процедура чем-то напомнила ему профосмотр в заводской поликлинике.


В первом кабинете сидела женщина лет под сорок в форме, перед которой лежала жестяная коробка с леденцами — видимо, надо было отучаться от курения. Ей надо было сдать гарантийное письмо о приеме на работу, и написать на одном бланке заявление о намерении регистрироваться, анкету и декларацию. Причем анкета тоже была какой-то странной: в ней необходимо было указать фамилию, имя отчество, возраст, но не требовалось место рождения. В декларации надо было указать, имеет ли гражданин судимости, не совершал ли проступков, нарушающих законодательство СССР, не скрывается ли от преследования по закону, не должен ли уплачивать алименты, не имеет ли долгов перед физическими и юридическими лицами и тому подобное.


— Интересно, а если допустим, кто совершал или скрывается, — спросил Виктор женщину, — то они что пишут?


— А если кто скрывается, то надо писать явку с повинной, — ответила она. — И если что есть, лучше сразу явку с повинной, а то гораздо хуже будет. А чего это вдруг вас заинтересовало?


— Да мне не понадобится, просто декларации такой никогда не встречал.


— Форма, гражданин, Указом установлена. А явку с повинной, если что, лучше сразу написать.


Виктор присел с бланком за стол и полез в карман за авторучкой. Стоп, а вот это прокол будет. Откуда тут капиллярные ручки, да и как у них отношения с Китаем, откуда эта ручка приплыла вместе с иероглифами? Хорошо, у них тут на столе чернильный прибор и те самые, канцелярские, перьевые, из розового бронестекла. И еще хорошо, что в первом классе застал, как ими учат писать…


Второй кабинет был похож на медицинский. В нем Виктора сфотографировали в фас и в профиль на фотоаппарат, похожий на самый древний "Полароид", сняли отпечатки пальцев, замерили рост вес, размер обуви, сняли мерки, как для костюма, а затем пригласили за ширму и, попросив раздеться, осмотрели на предмет наличия татуировок и особых примет. После этого ему предложили одеться и пройти в следующую дверь для получения документа.


Третий кабинет вовсе оказался медицинским, и там сразу был медосмотр и сдача анализов. Насколько понял Виктор, вопрос, не является регистрируемый носителем заразных заболеваний, был отнесен здесь к сфере общественной безопасности. Кроме того, ему объяснили, что это также заменит медсправку при поступлении на работу.


Следующий кабинет встретил Виктора стрекочущим шумом. Он представлял собой большой зал, отгороженный барьером и стеклянной перегородкой, за которой рядами сидели женщины перед какими-то механизмами с клавиатурой, как у пишущей машинки. "Табуляторы" — понял Виктор. Кроме табуляторов, в помещении работали фототелеграфы и телетайпы. Курьеры разносили по операторам бумаги, данные в них вносились на перфокарты, перфокарты вставляли в какие-то другие машины, которые распечатывали карточки для картотек; их собирали в колоды и уносили куда-то. В глубине виднелась дверь с надписью "Фотолаборатория. Не входить." Из нее вышла девушка, держа в руках ячеистую продолговатую коробку с надписью "Микрофильмы".


"Да это же у них всесоюзная база данных!" — догадался Виктор. "И меня туда сейчас ввели".


— Ждете? — спросила его девушка из окна выдачи. — Сейчас распечатают.


— Да. Не трудно в этом шуме работать?


— Сперва тяжело, потом привыкаешь. А знаете, потом вместо этого всего будет работать одна большая электронная машина. Она шуметь не будет, а только тихо гудеть, как трансформатор. Слышали про такое?


— Конечно. Сейчас наука чудеса делает. И преступников будут ловить по-другому. Вот, допустим, решили преступники обокрасть магазин. А телекамеры передадут изображения прямо в милицию, на пульт. Ну и конечно, разные датчики уловят движение, открытие дверей, посторонний шум…


— Вот-вот, и об этом нам тоже рассказывали. Тогда, наверное, краж вообще не будет! А вы электронщик, да?


М-да, решил потрясти девушку эрудицией. Это, пожалуй, они нас потрясут, теми же мобильниками, к примеру. Как это они еще до поводкового кардана в пятьдесят восьмом не додумались, простая же штука, собственно…


Тем временем машина распечатала на бланке документ, дающий Виктору полное право ступать по земле родного города, девушка подклеила фотку, тиснула факсимиле подписи и печать. Ознакомившись с бумагой на выдачу, в которой надо было расписаться, Виктор понял, что право ступать было отнюдь не безграничным: регистрация действовала только в пределах города и района, еженедельно надо было отмечать факт присутствия у участкового или в круглосуточном дежурном окне райотдела внутренних дел, а при болезни можно было вызывать участкового на дом. Чтобы выехать куда-нибудь, надо было зайти в райотдел и взять направление, которое на месте надо было в тот же день отметить, и, если срок пребывания был дольше месяца, надо было регистрироваться на новом месте. Впрочем, чтобы снять все эти проблемы, можно было подать заявление на получение паспорта; но тут уже надо было объяснить, не только кто ты, но и откуда. В общем, на первое время полученной бумаги было достаточно, и, главное — без лишней канители.


В институте его тоже оформили быстро, на основании регистрации, заявления и поручительства доцента Тарасова, без трудовой книжки и даже без заполнения анкеты, о которой Виктор в этой суете забыл. Впрочем, как он между делом при этом выяснил, без анкеты оформляли только техников и лаборантов; преподаватели же относились к чему-то вроде гражданской службы, и для них требовалась анкета, их заносили в номенклатурный реестр, и даже для них полагалось ношение формы — правда только парадной, по определенным уставом государственным праздникам, и на приеме должностными лицами определенного уровня в столичных учреждениях. Вероятно, это было введено для того, чтобы в московских кабинетах всегда было понятно, кто перед кем должен делать "ку".


К работе Виктор должен был приступить со следующего дня, а пока надо было прибарахлиться. Во-первых, посуда, чтобы не мотаться по столовым. Купить кастрюлю, ложку, кружку… чайник вроде бы в комнате есть общий. Алюминиевый тазик ему выдали в общаге. Теперь надо хозяйственное мыло… а также банное и мочалку, полотенца выдали. Фу, сколько мелочей, пора записывать. Да, для записи надо ручку перьевую, а эту в тайник… или нет, пока пусть будет химический карандаш с наконечником, а то еще протечет эта дрянь на костюм.


Все необходимое оказалось в универмаге. Интересно: вроде бы товаров на первый взгляд там было меньше, чем в нынешнем бежицком или Тимашковых, но зато оказалось ВСЕ НЕОБХОДИМОЕ. Парадокс.


Теперь займемся информацией. Книжный, оказывается, находился на Комсомольской, в том самом помещении, где во времена его юности были "Культтовары". Вот и зайдем.


В магазине с названием "Книжный мир" (что-то опять знакомое), как выяснилось, прямо к полкам покупателей не пускали, а были прилавки и стеллажи. Первым оказался раздел отечественной художественной литературы. Виктор с интересом посмотрел на корешки. Ну, в принципе-то не очень много изменилось. Школьные классики… а вот серия приключений и фантастики непривычно обильно присутствует, и, видимо, совсем не дефицит. Беляев, Адамов, Шпанов, Казанцев…


— Интересуетесь? — У продавщицы было явное чутье на книголюбов. — Могу вам предложить вот эту, недавно поступила. Очень многие берут, говорят, ужасно интересно. — И она протянула Виктору книгу, на обложке которой желтым по темно-синему было вытиснено: "А.И. Солженицын. В круге первом.".


За первый день Виктор уже начал привыкать к потрясениям. Но чтобы Солженицын??? При культе личности Сталина???


"А вдруг это у них провокация такая? Вот дают книгу и смотрят, как среагирует. А потом раз — и прости-прощай."


— Солженицын? Никогда не слышал. А что он написал-то?


— Ну как же? Новый известный писатель, о нем уже много говорят… Вы посмотрите-то…


"Ну ладно, я ничего не знал, а среагирую правильно, как увижу".


Виктор раскрыл переплет. "Моему другу и коллеге Николаю Ивановичу Виткевичу посвящается…" Идем дальше. Рецензия… "Имя Александра Исаевича Солженицына лишь недавно зажглось новой звездой на отечественном литературном небосклоне. Все началось с того момента, когда талантливый математик — программист вычислительного центра Сталинградского тракторного завода принес в редакцию заводской многотиражки свои первые рассказы…" Дальше, дальше… "Предлагаемый читателю роман "В круге первом" открывает новое направление советской фантастики — анализ проблем взаимоотношений человеческого и машинного разума, тех конфликтов и коллизий, которые могут подстерегать при создании и внедрении "кибернетических мозгов" во все сферы нашей жизни…"


Программер Александр Исаевич — писатель-фантаст. Советский Айзек Азимов. Офигеть. Хотя, да: чему тут удивляться? Мировой войны не было, на фронт он не попал, его не арестовывали… Вот и пишет про то, что его волнует, с чем он в жизни столкнулся. А название… Виктор полистал страницы.


"…Эти люди образовывали первый круг управления. Они создавали алгоритмы для машин, которые управляли тысячами заводов, сокращая потери практически до нуля, отправляли ежедневно массы поездов и автомобилей по наилучшим, выбранным из миллионов вариантом маршрутов, организовывали движение самолетов в небе и судов в океане. Математически точный аппарат сделал ненужными целые толпы руководящих работников, их заместителей, референтов, инструкторов, секретарш, курьеров, уборщиц и шоферов. Он распределял товары по магазинам, открывал вакансии на предприятиях, вовремя доставлял цемент и кирпичи на стройки, которые до этого направлялись порой человеческим недомыслием и служебной безграмотностью кружным и искаженным путем, и даже собирал новости для редакций о досрочных пусках, перевыполнениях плана и передовиках производства.


На первом круге лежала ответственность за миллионы судеб — привезут ли вовремя хлеб в магазин, включатся ли насосы водопроводной станции, на какой маршрут выйдут сегодня автобусы и что они сегодня вечером увидят по телевизору. Имена этих людей охранялись государственной тайной; они ездили по городу на задних сиденьях машин с зашторенными окнами, жили в огороженных, как военные объекты, резиденциях, изнутри напоминавших живописные парки, их всегда сопровождали сотрудники особых подразделений, тренированные лучше цирковых артистов и готовые прикрыть от посторонних глаз, а если надо — от яда, ножа и пули.


Сперва эти люди назывались кибернетами — по-русски, кормчие, так философ Платон называл правителей, действующих по разумным, наукой обоснованным законам. Потом, ввиду глобальности и всепроникновения их электронной сети, как паутиной охватившего города и дальние села, это сообщество получило название Интернет…"


"Ну, это уже слишком!"


— Знаете, я как-нибудь в другой раз. Интернет — это для меня слишком популярно.


— Ну, как хотите. Их быстро разбирают.


— А, вот вы где! Оказывается, вы тоже любитель фантастики? — позади Виктора послышался женский голос с хорошо поставленной дикцией.


"И кто это может быть? Знакомств я тут пока особо не завел…"




Опубликовано: 27 июля 2010, 12:44     Распечатать
 

 
электронные книги
РЕКЛАМА
онлайн книги
электронные учебники мобильные книги
электронные книги
Полезное
новинки книг
онлайн книги { электронные учебники
мобильные книги
Посетители
электронные книги
интернет библиотека

литература
читать онлайн
 

Главная   |   Регистрация   |   Мобильная версия сайта   |   Боевик   |   Детектив   |   Драма   |   Любовный роман   |   Интернет   |   История   |   Классика   |   Компьютер   |   Лирика   |   Медицина   |   Фантастика   |   Приключения   |   Проза  |   Сказка/Детское   |   Триллер   |   Наука и Образование   |   Экономика   |   Эротика   |   Юмор