File engine/modules/ed-shortbar/bar.php not found.
Библиотека книг онлайн
  Добавить в Избранное   Сделать Стартовой  
книги
 
  Search  
электронная библиотека
онлайн библиотека
Главная     |     Регистрация     |     Мобильная версия сайта     |     Обратная связь     |     Карта сайта    |     RSS 2.0
библиотека
     
» Олег Измеров Задание Империи

 

Олег Измеров Задание Империи



13. Те же и Вольф Григорьевич.



Как уже заметил читатель, номер этой главы наверняка не вызовет симпатий у людей суеверных. Но Виктор не знал, что наше повествование делится на главы, и поэтому раннее утро его ничем особенно не тревожило. Даже несмотря на сюрприз.


Напротив калитки вместо уже знакомого мышонка "Опель-Олимпии" плотоядно урчал новенький, бутылочного цвета "Мерседес" двести тридцатой модели — той самой, на которой ездил штандартенфюрер Штирлиц. За рулем сидел все тот же Быгов.


"Повысили — подумал Штирлиц…" сказал про себя Виктор.


Он уже начал привыкать к тому, что его, словно олигарха, сопровождают секьюрити, и спокойно думал о том, что же сегодня рассказать оружейникам. Но как только машина, заурчав, тронулась, позади, метрах в двадцати от них появился темно-вишневый открытый "Форд-МАЗ", в кузове которого сидели четверо крепких парней, остриженных под полубокс. Машина безотрывно следовала за ними.


— Там кто-то, — обратил Виктор внимание одного из "родственников".


— Так надо, — пояснил тот, — указание поступило.


"Поступило указание усилить охрану. Видать, сегодня утром, раз вчера "карнавальную ночь" разрешили. Хотя кто их знает, может, там куча их народу сидело… И что у нас произошло? Вряд ли боятся, что я сбегу. Тогда бы пушку отобрали. На меня теракт планируется? Покушение? Не хватает только эскорта мотоциклистов."


Как только Виктор подумал это, перед их машиной выехал мотоциклист в танковых очках и белом шлеме с крупными буквами ГАИ; Виктор уже знал, что это знакомое слово здесь означает "гужавтоинспекция", то-есть, в принципе, без разницы, что и у нас. Сзади на поясе у него болталась тяжелая деревянная кобура маузера.


За затылком Виктора, сразу за спинкой дивана, обшитого синей кожей, что-то постукивало и перекатывалось. Он повернул голову и увидел покрытый старым истертым биллиардным сукном угловатый длинный предмет; в одном месте сукно чуть сбилось, и из-под него виднелся край рожка.


"Шмайссер 28 года, сто пудов" — мелькнуло в голове у Виктора, "какой-то крупный экшн наметился. А может, мы просто опытные образцы какие секретные везем? Встречаемся-то с Судаевым… и еще кто там, черт, после вчерашнего запамятовал."


Утро было душноватым. Дали были смазаны какой-то сизоватой дымкой, ветра не было, над дорогой висела пыль, от пойменных озерец возле Черного Моста долетал запах болота. На земляных валах, защищавших насыпь дороги от размыва в половодье, стояли аккуратные коричневые домики смотрителей моста. У Болгар, на повороте, на лугу на месте нынешней автобазы, двигалось в сторону дороги стадо пестрых коров; гаишник посигналил пастухам, чтобы пропустили эскорт.


Дремотный провинциальный вид Городища с посеревшими от пыли придорожными кустами рябины несколько успокоил Виктора; в этой утомленной деревне, казалось, по определению ничего происходить не может — ни хорошего, ни плохого. Он попытался подумать о чем-то отвлекающем.


"Татьяна, верно, обиделась. Не подумала, что я из-за ее прошлого? Хотя вряд ли. Она умная женщина, и понимает, что я не тинейджер. Как ни крути, а бакалейщик ей даст в жизни больше. Что я для нее? Загадка, сенсация. В ней говорит журналистский азарт. Но загадки уходят, а потом начинается быт. А, может быть, притерлись? Что-то я становлюсь слишком осторожен, как старый холостяк. Но, с другой стороны, все это временно, а ей нужен дом, семья… Почему временно? Это я хочу, чтобы было временно. Чтобы как сон — раз и проснуться в своей реальности, пусть не всегда хорошей, но своей. А если это все навсегда? Тогда надо не замыкаться в своей трагедии, надо как-то жить, обустраиваться…"


Виктор вдруг поймал себя на мысли, что он уже не воспринимает с таким ужасом свой отрыв от корней прежней жизни, как это было при первом переходе. То ли два возвращения вселили какую-то подсознательную надежду, которой он уже жил, то ли сказывалось то, что он сам полез в эту дыру меж реальностями, то ли просто он начал привыкать. Может, это в нем говорил разум, осознавший бесполезность страданий по утраченному, а может, просто обреченность и безразличие. Но о прошлом уже особо вспоминать не хотелось.


"Итак, тут у них своя агент Скалли появилась. Подкрепление из столицы. И чем это мне грозит? Будет обольщать и вызывать на откровенность? Или просто исследовать? Она действительно занимается паранормальными явлениями или это ее легенда?"


Пару раз крякнул сигнал гаишника-мотоциклиста. Молчаливые "родственники" сразу напружинились, один из них повернулся и положил руку на сукно. Кортеж объехал какого-то замешкавшегося возницу с сеном.


"М-да. Серьезно."



Думать о личном как-то уже не очень хотелось. Чтобы ожидание неизвестно чего, что должно подкрасться незаметно, не слишком напрягало, Виктор попытался сосредоточиться на деловой встрече.


Хорошо всяким героям альтернативной истории, думал он. Приперся в прошлое, и ну заливать неграмотным предкам про автомат Калашникова. А вдруг здесь нужен не такой? Во второй реальности победил коробовский, у него и автоматика-то совсем по другому… А этим что надо? Это же от тактики зависит, от того, как оружие применять будут. То-есть, надо знать, какой будет война. И кто здесь точно предскажет, как она пойдет? Что успело измениться с того момента, как он, Виктор, ступил на пыльную сельскую площадь? Как поведет себя Гитлер? Если он нападет позже или раньше? Если вместо России сперва захватит Ближний Восток, а оттуда уже — на нас, с юга, чтобы перерезать страну пополам? И что тогда потребуется? И вообще, отчего это зависит? Вот наделают перед войной супер-пупер навороченные девайсы, а в войну бах — начальный период, армия бежит, стволы кидают, новые части будут делить одну старую винтовку на отделение. Может так быть? Может! То-есть, лучший автомат — понятие растяжимое…


Из угловатой трубы уличного репродуктора граммофонным тембром доносилось вибрато Цары Леандер, та самая песня, что Виктор слушал в спортивном "Мерседесе" Альтеншлоссера, и это вызывало неприятные воспоминания. Ступин как-то нервно перекуривал на крыльце казармы бронепоездной базы; увидев Виктора, он достаточно естественно заулыбался.


— Доброе утро! Правда, душноватое, но к ночи обещали грозу. С Еленой Васильевной уже вчера встретились? Она действительно наш человек, из Москвы. Не замучила вас вчера?


— Ничуть. Прекрасно провели время.


— Я посоветовал куда-нибудь вместе сходить и отвлечься. Она ведь на службе недавно, из ученых, Торопится познать мир, а нетерпение в нашей работе…


— Ничего, все нормально. Это правда, что если со мной что-то случится, многих расстреляют?


— Ну, мадам несколько утрирует, — хмыкнул штабс-капитан, — хотя вы ведь наверное представляете меру ответственности в таких случаях? Только не надо думать, что у нас все держится на запугивании. Вот какой, например, смысл вас держать в страхе? Огромная часть людей работает лучше и добросовестнее, сознавая благородную цель своей работы, всеобщего уважения к ней. Очень многие готовы удвоить и утроить усилия, чтобы самоутвердиться, добиться первенства. Особенно молодежь. Когда-нибудь одни назовут наши годы годами страха, другие — годами свободы, счастья, раскрытия талантов. Вы кого-нибудь боитесь? Спите вы, как мы заметили, хорошо, безмятежно…


— Ну, наверное, не разобрал, еще кого тут бояться, — попробовал отшутиться Виктор, — вот, смотрю охрану усилили — наверное, какая-то угроза терроризма… троцкистов?


— Подстраховка. Вчера ночью на путях возле Литейной был обнаружен Энди Купер без признаков жизни. Убили и положили на рельсы, имитировать несчастный случай. По счастью машинист товарного паровоза раздолбай, как раз в этом месте снизил скорость для нагона пара, вот и успел заметить. Теперь ему вместо нагоняя благодарность за помощь органам.


— Думаете, его…


— Ну, не цыгане же из имения. Местный активный преступный мир теперь промышляет в основном тихим воровством и мошенничеством и работает в основном в Брянске, там есть и что плохо лежит, и у кого. А вот у "Хуммеля" взять вас — это уже вопрос чести, он за это любого убьет или сам с жизнью покончит. Ну, давайте пойдем, продолжим наши откровения свыше, — и с этими словами штабс-капитан выкинул сигаретку в урну.


Идя по коридору, Виктор вдруг натолкнулся на человека, резко отличавшегося от остальной публики. На базе гражданских почти не встречалось, да и те были народ коренастый, с короткой стрижкой, то ли отставники, то ли запасники. Человек же тот показался Виктору уже за пятьдесят, хиловатый, безо всякой выправки, голову его по-эйнштейновски окаймляли длинные, темные, чуть вьющиеся волосы c проседью; лицо прорезано резкими морщинами. Внешность у него была Виктору знакомой, и он подумал, что незнакомец похож на какого-то знаменитого скрипача или дирижера.


— Здравствуйте, Виктор Сергеевич, — с очень доброй и открытой улыбкой попривествовал его незнакомец и подал руку.


— Здравствуйте, — ответил Виктор и подумал "Интересно, зачем тут дирижер?"


Незнакомец продолжал на него смотреть, не отпуская руки, и Виктор вдруг почувствовал в его взоре что-то странное, тревожное, неприятное; подсознание Виктора, казалось, натолкнулось на нечто чужеродное, иное, будто перехват управления… И это неожиданно вызвало у него прилив ярости.


"Мозги промывают?! Врете! За мной вся Россия! Смотреть прямо в глаза ему, как Оля на Нушрока в сказке из далекого детства! Или сквозь него, в стену, не замечая! И улыбаться!


Ничто не остановит нас, когда нам цель ясна,


Вперед, вперед, сказала нам любимая страна…


Что? Съел?!"


— Вы, кажется, хотели что-то спросить?


Вместо ответа незнакомец вдруг отпустил руку Виктора, быстро поднеся обе руки к своим вискам; Виктор вдруг заметил, как у того затряслись руки, лицо исказила гримаса, как от боли, и начали закатываться глаза.


— Нет… нет…


Незнакомец стал как-то обмякать и терять равновесие Виктор едва успел подхватить его за предплечье, с другой стороны подскочил Ступин. Вместе они поволокли незнакомца к стоящему напротив ближайшего кабинета стулу для ожидающих приема — полужесткому, с черным дермантиновым сиденьем.


— Доктора сюда! — крикнул кому-то штабс-капитан на ходу, — с Мессингом плохо!


"Мессинг? Сам? Его же еще не должно быть в России! Хотя — что мешает?"


— Что же вы не предупредили?! — чуть не закричал Виктор на Ступина, — так можно и феномена лишиться!


— Которого из?


— Его, конечно. У его ж натура тонкая. Это же великий экстрасенс! Его и Гитлер принимал.


— Не принимал. Как только фюрер захотел поближе познакомится с Вольфом Григорьевичем, тот сказался больным и тихо драпанул к нам, используя все свои способности дурить служивых людей. А что случилось, и нам не говорит. Намекает лишь, что будущее в тумане.


Подбежала женщина-военврач в форме, с беретиком, накидывая на бегу халат. Послышался запах нашатыря.


— Фу-у, как вы нас напугали…


— Спасибо… спасибо… сейчас будет все хорошо…


— В кабинет ему помогите пройти.


Кабинет напротив по коридору оказался без хозяина, но с парой стенографисток в дополнение к шоринофону. Видимо, заранее подготовили. Мессинга посадили на казенный диван, видимо, частенько служивший хозяину вместо домашней постели. Врач дала ему валерьянки и померила давление.


— Кажется, все нормализуется. Пусть отдохнет, но повторять сеанс категорически нельзя. Иначе я за вашего пациента не отвечаю.


— Хорошо, Вера Семеновна. Если не затруднит, побудьте пока здесь рядом в коридорчике, стул там есть.


— Как скажете. Потом только пригласите для осмотра.


— Как вы себя чувствуете? — снова спросил штабс-капитан Мессинга, когда врач вышла.


— Спасибо, уже хорошо. По крайне мере, могу предсказать ваше ближайшее будущее — оно блестящее…


— Спасибо. А что-нибудь кроме?


— Что-нибудь кроме… Ужасно. Матерь божия, это ужасно… Я увидел их… Живые скелеты за колючей проволокой… Море огня, какие-то взрывы, до самого горизонта… Дорога, какой-то свист и вой, толпа людей разбегается — женщины, дети, потом взрывы… Сжигают деревню, кидают людей в огонь… Какая-то двуногая машина идет по свалке, из нее летят молнии… Что-то непонятное, огонь, как гриб, огромный, до неба… улицы сметает вихрем, весь город… боже, весь город огромный костер… Зима, разбитая техника, трупы торчат из под снега, много трупов, целое поле… теперь город с птичьего полета, снова огонь, везде огонь… Не верю. Не хочу, не хочу в это верить…


"Все-таки пролез в мозги. А двуногая машина откуда взялась? Что-то не то."


И тут до Виктора дошло, что Мессинг заодно с кинохроникой прихватил и самое начало фильма "Терминатор".


"Так вот он как предсказывает! Мысли читает, и будущее, как еще нереализованные мечты людей! Так сказать, опережающее отражение анализирует. Но откуда такая точность прогнозов? Выходит, наше будущее просто зависит от нас? От нас, многих? Народы Европы видели в будущем войну — и пришли к ней? А если случится что-нибудь такое, что массово повлияет на их опережающее отражение — и будущее меняется? И это уже будет другая реальность?"




Опубликовано: 28 июля 2010, 06:54     Распечатать
 

 
электронные книги
РЕКЛАМА
онлайн книги
электронные учебники мобильные книги
электронные книги
Полезное
новинки книг
онлайн книги { электронные учебники
мобильные книги
Посетители
электронные книги
интернет библиотека

литература
читать онлайн
 

Главная   |   Регистрация   |   Мобильная версия сайта   |   Боевик   |   Детектив   |   Драма   |   Любовный роман   |   Интернет   |   История   |   Классика   |   Компьютер   |   Лирика   |   Медицина   |   Фантастика   |   Приключения   |   Проза  |   Сказка/Детское   |   Триллер   |   Наука и Образование   |   Экономика   |   Эротика   |   Юмор