File engine/modules/ed-shortbar/bar.php not found.
Библиотека книг онлайн
  Добавить в Избранное   Сделать Стартовой  
книги
 
  Search  
электронная библиотека
онлайн библиотека
Главная     |     Регистрация     |     Мобильная версия сайта     |     Обратная связь     |     Карта сайта    |     RSS 2.0
библиотека
     
» Олег Измеров Задание Империи

 

Олег Измеров Задание Империи



18. Оральный кабинет.



Отель на этот раз они покидали через черный ход и погрузились в "Паккард-шесть" с универсальным кузовом, черный, с нарочито торжественной облицовкой радиатора, придавашей машине несколько старомодный вид, и "стейшн" — желтыми деревянными боковыми стенками кузова. Этакое сочетание правительственного лимузина с колхозной полуторкой. Подойдя поближе, Виктор увидел, что стенки не деревянные, а это плоские листы металла выкрашена "под дерево".


"Броня?"


"Паккард" внутри оказался шестиместным. Борис сел рядом с водителем, Джейн и Виктор влезли на задние, а перед ними, на укороченном диванчике, устроилась пара охранников с хорошо развитыми челюстями и автоматами, очень похожими на классический МП40. Только вот горловина, куда магазин вставлять, какая-то хлипкая, а щечки пистолетной рукоятки были не из черной пластмассы, а деревянные.


"Опытный, что ли? Видимо, это и есть та самая новейшая "Эрма", о которой Дегтярев рассказывал?"


— А стволы все-таки немецкие? — спросил Виктор у Джейн, устраиваясь поудобнее на кожаных подушках.


— Это из разведшколы. "Томми-ган" здоровый, с ним в авто неудобно.


Радио в правительственно-колхозном "Паккарде", конечно, было включено, и озорные синкопы "Суони-ривер" в исполнении бэнда Эрскина Хоукинса разливались по солнечной панораме Вашингтона, перемежаясь с клаксонами, и ветерок играл занавесками, а ноздри щекотал запах бензина и горячего асфальта, и, несмотря на культовые игрушки у охраны, стойко ассоциирующиеся с фашистской оккупацией, жизнь казалась прекрасной и беспечной.


Будем надеяться, по дороге на нас не нападут, как на Володарке, подумал Виктор, и тут же отметил некоторую странность. Не проще ли было "Хуммелю" организовать похищение накануне вечером, когда они с Леной преспокойненько ехали на извозчике по ночной Бежице без всякого прикрытия? Единственное, что приходило в голову, это то, что ни "Хуммель", ни его люди после мочилова на Саратовской не могли показываться в Бежице. Типа, как в деревне, каждый человек на виду, и незнакомого (или, наоборот, знакомого) сразу заложат.


— Служебные помещения в Белом доме на первом этаже, а на втором — жилые. Зал, столовая, Зеленая, Голубая, Красная комнаты…


— Да-да, я знаю.


— Понимаю, тебя, наверное, подготовили?


— Да в общем, сам готовился.


"Угу. В Интернете про Белый Дом можно нарыть все, что угодно. Помнится, в девяносто шестом…. Или в девяносто седьмом? Ну, когда у нас первый провайдер появился. Помнится, тогда вообще все балдели, как так, можно прямо со своего компа соединиться с компьютером Белого Дома… Дабл-ю, дабл-ю, дабл-ю, уайтхауз точка гов… Кока-кола, это просто лимонад."


— А как тебе тогда Голубая гостиная?


— Очень хороший вкус. Такое очень приятное сочетание цветов паркета, обоев, бордюра, форм мебели, только непривычно, что без углов — она же над Овальным кабинетом… Джейн, а ты была в Петергофе? В Екатерининском дворце?


— Никогда. Только на картинках.


— А мне довелось. И в Зимнем дворце, и в Летнем.


— Серьезно?


— Конечно. Ну, Белый Дом, это, конечно, тоже красиво — хрустальные люстры висят, занавески, картины… В Восточной комнате стоит рояль?


— Не помню… Не обращала внимания.


— Да, жаль, что нет возможности в ответ показать тебе Зимний с Эрмитажем, царский дворец в Ливадии, дворец графа Воронцова очень оригинален… А, черт, я же перед отъездом не отпросился съездить посмотреть Янтарную комнату! Теперь всю жизнь буду жалеть.


— Не расстраивайся, может, еще и съездим.


— Да знаешь, с такой работой если чего упустишь…


Ехали, они, в общем, недолго, потому что не было пробок.


Автор, скрепя сердце, опускает подробное описание лужайки перед Белым Домом и самого здания, чтобы не утомлять читателя. Это Дворец Советов или Мавзолей Сталина в нашей реальности ни за какие бабки не увидишь. И даже Сталинский Проспект в Брянске из второй реальности. А Белый Дом в Вашингтоне, он как был, таким в той реальности и остался, и любой может посмотреть его в Инете или, если средства позволяют, даже съездить туда на экскурсию и пощупать, вспоминая, что здесь, в этих стенах, в третьей реальности состоялась та самая встреча Виктора Сергеевича Еремина, гражданина Российской Федерации, с Хьюи Пирс Лонгом, президентом Соединенных Штатов. Но не будем торопить события.


Когда Виктор входил в Белый Дом, у него снова возникло такое ощущение, что он снимается в каком-то фильме, только, наверное, современном, но не совсем понимает, какого персонажа ему дали играть, и в чем состоит роль. Народу было мало, прессы не видно, в торжественной тиши холла со стройными тонкими колоннами отчетливо отдавались его шаги. В холле его уже ждал Даллес.


— Мы идем втроем, я, ты и Шеф, — шепнула Джейн. — мистер Галлахер подождет нас в холле. Не сутулься.


Кажется, она уже пыталась потихоньку брать Виктора в оборот. Виктор вдруг понял, что волнуется больше, чем перед аудиенцией с Гитлером во второй реальности. Возможно, потому что Гитлера он себе представлял гораздо яснее, а тут было неизвестно, к чему готовиться.


— О, мистер Еремин! Заходите смелее. В этом кабинете людей из будущего века еще не было — вы будете первым.


Полноватый человек с округлым лицом и немного вьющимися волосами, в двубортном костюме-тройке табачного цвета энергично подошел к Виктору и потряс руку.


— Ал, идите сюда. Там на столе медаль за спасение жизни, вы поможете ему вручить. Это конфиденциальный визит, поэтому нет прессы.


В хозяине Белого Дома было что-то от председателя колхоза, что-то — от провинциального депутата конца девяностых, и что-то от бывшего отставника. По лицу его блуждала простодушная, совсем не голливудская улыбка. Жженова из сериала он никак не напоминал. Скорее, артиста Невинного.


Виктор вспомнил, где он видел этого человека. Была такая то ли передача, то ли документальный сериал по телику, про угрозу фашизма в Америке. Давно, в начале семидесятых. И первого там показывали как раз Лонга. Он еще там пел под аккомпанемент рояля "Every man a king, every man a king…". Говорили, сам сочинил.


Тем временем Даллес приколол к костюму Виктора круглую серебряную медаль с сине-серой лентой.


— Давайте сядем на диваны, — предложил Лонг, когда короткая церемония вручения была завершена, — стол пусть останется для бумаг, бумаги нам сейчас не нужны. Как вам наша страна? Про нас ведь болтают разное, а что вам говорят собственные глаза?


— Я полностью разделяю идею создать широкий средний класс вместо раскола общества на массу бедных и кучку богатых, — ответил Виктор, — как это делать, наверное, лучше знаете вы сами, здесь, как и в семейной жизни, советы со стороны неуместны.


— Вот! — воскликнул Лонг, обращаясь к Даллесу, — и в следующем веке это понимают, а? Вы представляете, Виктор, как это обидно, мы богатейшая страна, у нас хватит на всех еды, домов, трамваев, электричества, лекарств, учителей, — да что там, мы можем кормить народы других стран! — можем ли мы, руководя такой богатейшей страной, спокойно ложиться спать, когда есть толпы людей, у которых нет заработка, которые живут в настоящих трущобах, не имеют нормальной пищи, не могут получить образование, а когда заболеют, они не могут лечь в больницу, потому что нет денег? Да какой же я президент после этого, если буду это терпеть? Как я могу смотреть в глаза тех, кто меня выбрал?


"Во красиво излагает", подумал Виктор, "прямо хоть мавзолей ему при жизни строй. Только интересно, к чему он клонит? В партию, что ли, вступить предложит? Или участвовать в предвыборном шоу? Не по теме базар пошел".


"Да что же это я?" — удивился Виктор самому себе через мгновение. "Да он же сказал тебе то, что должен сказать на этом посту любой порядочный человек, имеющий совесть! И это чего, тебя типа бесит? А если бы он сказал "Ко всем чертям, мне бы лишь на кресле президентском удержаться, и свои дела на нем обделать, а чего там будет с этим народом, мне глубоко пофиг, эти лохи другого и не заслуживают" — ты бы был в восторге? О какой, подумал бы, честный мужик, всю правду режет, не боится? Да что это с нами всеми происходит? С этими путешествиями вообще веру в человечество потерять можно. Не, не зря в Союзе учили, что американская политика — это манипулирование массами".


— Вы знаете, — продолжал Главрыба свою мысль, — многие не верили, что я справлюсь с государством. Про меня писали: "Лонг будет управлять страной, как своим имением!". Я их всех огорчил.


Сказав это, Лонг достал из кармана платок, высморкался и продолжил.


— Я нанял ученых. Любой директор, чтобы решить технические вопросы, нанимает эксперта. Я нанял экспертов. Джонни Гэлбрейт, что был в команде у Рузвельта, решает проблемы регулирования цен. Мистер Леонтиефф, великий бухгалтер всей страны, делает национальный баланс и он просчитывает рекомендательный план, как развиваться без кризиса. Это работает! Мистер Даллес мне рассказал цели вашего визита. Он рассказал про ядерную взрывчатку и те возможности, которые она дает в войне. Вы, наверное, думаете, что я не поверил? Я поверил. Аллен не будет лгать. Но я посоветовался с учеными, технологами, военными. Хороший руководитель не должен полагаться только на свое знание, верно?


— Но господин президент, — заметил Даллес, — мы уже изучили этот вопрос с экспертами, и я довел до вас их мнение.


— Прекрасно, Ал! Значит ты не против, чтобы и я послушал экспертов. Так вот, они считают идею реализуемой, но очень, очень сомневаются в ее эффективности для армии. Вкладывать деньги всегда желательно в разработку такого оружия, чтобы потом от созданных для него технологий получать прибыль в мирное время. Мы уже один раз споткнулись, когда после первой мировой у нас упал спрос. Танки, самолеты, радиолокаторы, подводные лодки — это все полезно. Мы можем взять то же оборудование и выпускать дизельные локомотивы и пассажирские воздушные суда. У нас двойная выгода: национальная безопасность и национальная экономика. Атомная взрывчатка требует вложений колоссальных средств, но что она даст экономике? Я хотел бы знать подробности.


"А он не такой уж простак, этот Лонг. Хитрый и подозрительный. Решил перепроверить, не хочет ли Даллес просто пилить бюджет."


— Господин президент, овладение реакциями деления и синтеза ядер позволит создавать электростанции, которым годами не нужно топливо. Они понадобятся для работы в удленных районах, их можно устанавливать на ледоколах, авианосцах, подводных лодках. Представьте себе авианосец или линкор, который может год ходить возле берегов Японии, не заходя в порты. Или подводный крейсер.


— Это очень важно в связи с нашими интересами в Юго-Восточной Азии, — вставил Даллес.


— Подождите, Ал, мне интересно сейчас услышать человека из будущего.


— Ядерные технологии позволят получать новые материалы, лечить людей от рака, подземными ядерными взрывами небольших зарядов можно создавать газохранилища или тушить нефтяные фонтаны.


— Топить ураном — это хорошо придумали. Мне рассказали, в уране много энергии, намного больше чем в угле. Спичка из урана может топить целый паровоз. Я говорю фигурально, на самом деле я понимаю, что это намного сложнее. Вы не обижайтесь, что я так подробно рассказываю. Со мной встречается много разных изобретателей, и у всех у них планы, как сделать оружие, которое разом уничтожит все войны. Они говорят про световые пушки на высоких мачтах, про дирижабль-авианосец величиной с остров, про новые бактерии, от которых нет спасения. Что это значит? Это значит, что нужна уверенность. Верно?


Виктор кивнул головой.


— Вы говорите, надо топить ураном. Это когда распад ядер идет медленно, уран как бы тлеет. Так? Но это если все хорошо. На заводах бывают аварии. Если уран вспыхнет, целый штат засыпет ядовитым топливом. Электрическая компания разорится на судебных исках. А потом, надо будет что-то делать с населением. Никто не купит продукты у фермеров, на полях которых попал яд. Никто не инвестирует ни цента в города, которые засыпало разными ядами, которые ученые называют "изотопы". Это катастрофа!


— Наш опыт будущего показывает, что можно создавать станции, которые будут работать много лет. Если, конечно, специально не создать такие условия, чтобы произошла катастрофа. Но так можно и плотину разрушить и затопить города.


— Ваш опыт будущего, говорите. Да, в будущем мы решим эту проблему. Но, Виктор, сейчас "девятнадцать-тридцать восемь". Сейчас мы это не сможем. Я оптимист. Я верю в то, что потом, лет через десять, будет смысл этим заниматься. Но сейчас мы не получим выгоду. И ее не получит ни Германия, ни Франция, ни Россия, никто. Они только будут делать ошибки.


— Но ведь будет война! — удивился Виктор. — В военное время Америка получит абсолютное оружие! Она будет диктовать своим странам свою волю! Вы сможете создать авиабомбу, которая по мощности будет равна двадцати пяти тысячам тонн тротила, имея такое оружие, вы можете ставить ультиматум любому правительству в мире, которое такой бомбы не имеет!


— Да, это все красиво выглядит. Я посоветовался со специалистами и, они говорят, мы имеем некоторые проблемы. Первое: чтобы уничтожить промышленность страны, нужно сбросить на крупные города и транспортные узлы десятки таких бомб. Второе: для большого города одной бомбы мало. Физики говорят, действие ударной волны и вспышки света быстро слабеет, если мы удаляемся от центра взрыва. Плюс к тому мы должны взять бомбы с запасом на случай, если часть самолетов не сможет прорваться сквозь противовоздушную оборону. Если мы пошлем меньше самолетов, каждый из них будет атакован большим числом истребителей, в них будут целить все зенитные пушки. Какой результат? При предполагаемой стоимости производства атомных боеприпасов проще засыпать город обычными бомбами с тяжелых самолетов, которые выпускают на конвейере, как автомобили. Разве нет?


"Это что же? Это американский президент не хочет атомной бомбы? Милитарист и диктатор? Бред какой-то. Электростанции атомные ему не нравятся… Угольщики! Может, они пролоббировали? Черт, этого не мог и Сталин ожидать."


— Господин президент, специалисты подсчитали только технические факторы и не учли колоссального деморализующего значения бомбы. Огромный гриб из огня, пыли и дыма, моментальные колоссальные разрушения, невозможность никакой защиты вблизи эпицентра взрыва — все это создает у противника впечатление, что сопротивляться этому оружию невозможно. Более того, это оружие нужно не столько для того, чтобы его использовать, столько для того, чтобы устрашить врага его наличием. Это все равно, что зайти в стан врагов со связкой динамитных шашек в руке. Наконец, при определенном уровне ядерных вооружений противник будет бояться самого начала войны, потому что имеющимся ядерным арсеналом в итоге будет уничтожено все человечество. Люди не смогут жить на выжженной планете, начнется ядерная зима, то-есть глобальное похолодание, условия существования живых существ исчезнут.


Лонг на мгновение задумался.


— Да, мы можем остановить противника, угрожая, что мы взорвем планету. Мы можем привезти бомбу на полигон где-то в пустыне, собрать правительства разных стран и показать ужасающую картину, которая их может ждать. Поверят ли они нам? Нет. По крайней мере не все. Я знаю, кто не поверит первым — ваш русский Ришелье из кремлевской шкатулки. Бомбу надо доставить к цели. У нас нет таких самолетов, которые могут доставить бомбу с территории США в любое место на Земле. Это значит, что мы должны заранее построить базы в Европе и Азии и заранее принести туда атомные заряды. Это надо сделать в мирное время, чтобы наши корабли, на которых повезут заряды, не потопили субмарины. Кремлевский Ришелье скажет: "Пока у вас нет таких баз, вы блефуете". Большая война, согласно прогнозам наших политиков, будет уже через два-три года. Что это значит? Атомными зарядами мы сможем воспользоваться лишь после войны, когда воюющие стороны в Европе в значительной мере истощат друг друга.


"Да, это тебе не Буш", подумал Виктор, "у этого только имидж простофили".


— Мне еще подсказали один план, — продолжал Лонг, — у японцев в городах много легких бумажных домиков и очень большая плотность населения. Если найти такой город в бухте у моря, построенный как бы большой чашей, и взорвать над ним бомбу, пожар вспыхнет везде. От взрыва будет много раненых и оглушенных, они не смогут выбраться из огня и дыма. Многие тысячи людей погибнут после, потому что им не смогут быстро и правильно оказать помощь. Люди подумают, что все это ужасное количество жертв сделала одна бомба. Тогда в эту угрозу поверят правительства стран, на которые у нас есть возможность бросить ядерные боеприпасы. Но если мы сделаем это первыми, весь мир назовет нас чудовищами. От Америки отвернутся все. Этот эксперимент можно поставить только в условиях такой кровавой бани, когда американский народ содрогнется от преступлений врагов и потребует покарать их любым — я подчеркиваю, любым способом. И это надо делать уже в то время, когда враг уже надломлен и готов капитулировать. Одним словом, сперва должна быть начата мировая война и начата не нами, а атом должен поставить в конце ее жирную точку. Вот такая сложная вещь мировая политика.


"А ведь Трумен фактически так и поступил. Только бомбу они начали делать одними из первых. Вообще, как можно: заботиться о сытости и образовании своего народа и тут же рассуждать о том, как выгоднее уничтожить сотни тысяч мирных людей чужой страны? А ведь местный пипл схавает. Так же, как немцы схавали идеи нацизма — уничтожать чуже народы ради сытости своего. И у нас обвиняют коммунистов, что они допустили много жертв в своем народе, в отличие от тех, кто убивал чужих. Геноцид начинается с обывателя."


— Но кто мешает заранее начать работу над ядерным оружием? — с совершенно искренним удивлением в голосе спросил Виктор. — Исследования надо вести долго, и чтобы успеть что-то получить к концу войны, надо стартовать уже сейчас. Иначе Америку могут опередить другие страны и попытаться поставить американский народ на колени. Разве вы, как президент, сможете допустить порабощения и уничтожения своего народа?


— Вы видите проблему как ученый, Виктор, — снисходительно пояснил Лонг, — ученые это всегда фанатики своей идеи. Я должен смотреть, как политик. Германия, это страна с высоко развитой промышленностью и скромными ресурсами. Гитлер не захочет начинать работу над сверхоружием, пока не завоюет ресурсы на континенте. Он ухватится за него, когда решит, что дела идут плохо. К тому времени он истощит Германию в войне, а Америка успеет нарастить экономические мускулы. Не забывайте про то, что война для наших компаний — это возможность поставок оружия на экспорт.


— Кому? Гитлеру и его союзникам?


— Может, Гитлеру, может, Британии. Мы за океаном и пока в другом полушарии идет война, на нас сложно напасть. Зачем провоцировать вражду раньше времени?


— Подождите, это как же… Это что же, выходит, вы хотите, чтобы началась вторая мировая, чтобы нажиться на ней… а потом грозить разоренным странам бомбой, чтобы разместить в них свои базы, или что…


Лонг положил свою руку ему на плечу.


— Политика — это очень, очень грязное дело, Виктор. Я это понял еще в борьбе за губернаторский пост. Чем большего числа людей и чем больших сумм денег касается вопрос, тем больше дерьма. И если человек действительно любит свою страну, свой народ, он должен не бояться оказаться в этом дерьме. Он должен нести свой крест.



"Это значит твой крест, да? Двадцать миллионов погибших, а ты не о них думаешь, ты за себя думаешь, ах, делал бизнес и запачкался, да?"


— Хорошо, — холодно сказал Виктор, — если Гитлер не будет спешить с бомбой, ее начнет делать Россия. И опередит вас.


Главрыба всплеснул руками и расхохотался.


— Мы уже дрожим от страха, Виктор. Россия уничтожает свою науку, мыслящих инженеров, изобретателей, в угоду своим новым европейским друзьям. Россия ничего не может делать без немцев, даже электрических поездов. И никогда не могла.


— А теперь сможет, — с видимым безразличием произнес Виктор, — догадайтесь с трех раз, почему.


— Вы хотите сказать, что передали им секрет атомной взрывчатки?


— Ну, если бы передавал именно я, меня вряд ли бы выпустили. У меня просто особое мнение на этот вопрос. Я не уверен, что получив бомбу, соборники не захотят возврата Аляски или чего-то большего. И все потому, что кто-то испугался вложить деньги в беспроигрышный проект. Испугался выглядеть непопулярным, испугался, что его не поймет население, которому наобещали с три короба.


— Что? Что он сказал? Вон отсюда! Вышвырните его вон! — заорал Лонг. — Вышвырните его к черту из страны немедленно!


Виктор поднялся.


— Не забудьте только взорвать завод тяжелой воды в норвежском поселке Веморк, вместе с электростанцией. Желательно до того, как в вашем Дистрикт Коламбия радиоактивные дожди пойдут. Честь имею!


С этими словами Виктор повернулся и направился к дверям. Он думал, что сейчас у него заберут только что врученную медаль, а заодно и чековую книжку, но все оставались на местах, и только в спину гремел вопль президента "Пусть катится ко всем чертям!!!".


Задание было провалено.


"А так все хорошо начиналось", подумал Виктор. "Ну что ж, раз на раз не приходится".




Опубликовано: 28 июля 2010, 07:09     Распечатать
 

 
электронные книги
РЕКЛАМА
онлайн книги
электронные учебники мобильные книги
электронные книги
Полезное
новинки книг
онлайн книги { электронные учебники
мобильные книги
Посетители
электронные книги
интернет библиотека

литература
читать онлайн
 

Главная   |   Регистрация   |   Мобильная версия сайта   |   Боевик   |   Детектив   |   Драма   |   Любовный роман   |   Интернет   |   История   |   Классика   |   Компьютер   |   Лирика   |   Медицина   |   Фантастика   |   Приключения   |   Проза  |   Сказка/Детское   |   Триллер   |   Наука и Образование   |   Экономика   |   Эротика   |   Юмор