File engine/modules/ed-shortbar/bar.php not found.
Библиотека книг онлайн
  Добавить в Избранное   Сделать Стартовой  
книги
 
  Search  
электронная библиотека
онлайн библиотека
Главная     |     Регистрация     |     Мобильная версия сайта     |     Обратная связь     |     Карта сайта    |     RSS 2.0
библиотека
     
» Дмитрий Янковский Эпицентр удачи

 

Дмитрий Янковский Эпицентр удачи

Глава 4


В которой Лемур попадает впросак, и все становится намного хуже, чем было, хотя хуже, казалось, быть уже не могло

Дверь была толстой, бронированной и на вид совершенно неприступной.


– Подстава, – сплюнул я под ноги. – Вот почему документы до сих пор никто не добыл, хотя код от входа в саму лабораторию у бармена есть. Просто код не от всех дверей. Вот гад... Сматываемся!


– Погоди! – остановил меня Артем. – А костюм? Вообще-то мы ради него сюда прибыли. Документы это больше для бармена.


– Ладно, – зло ответил я. – Спорить с тобой все равно бесполезно. Всегда найдешь аргумент, который крыть нечем.


– Можешь не крыть. Но тебе нужен костюм?


– Нам нужен, черт бы все это побрал! Я и говорю, что твои аргументы крыть нечем.


– Это не аргументы для спора, – пожал он плечами. – Просто я тебе напомнил, ради чего, по большому счету, мы сюда перлись.


– Все, закройся, – попросил я. – Не нервируй меня попусту. Пойдем, осмотрим доступные помещения. Скорее всего, костюмчик, как я теперь понимаю, нам придется стянуть с трупа какого-нибудь ученого.


– Или найти в шкафу, – улыбнулся напарник.


– Это вряд ли, – с кислой миной возразил я. – До нас тут уже наверняка побывали соискатели. А бармен гад. Я тоже найду способ его подставить.


– А стоит?


– Не знаю.


– Он просто ищет того, кто сможет добыть документы. Тем или иным способом. Это тебе важно, каким именно, а ему нет.


В ответ я только махнул рукой, и мы пошли осматривать оставшиеся помещения. Их в подземелье оказалось немало. Какие-то боксы с излучателями, бассейны, наполненные светящейся жидкостью, поваленные решетки, изуродованные так, словно над ними надругался рассвирепевший великан. От всего этого мороз пробирал по коже. Один раз я, потеряв бдительность от злости на бармена, угодил в «Жарку». Хорошо, рефлекс сработал – сразу отскочил. Но ресницы и волосы опалить все равно успел. А если бы не сталкерская куртка, было бы еще веселее. Кстати, Артем не растерялся, ловко сшиб меня с ног и сбил пламя с одежды и рюкзака.


Потом мы поели. Открыли по банке тушенки и слопали, заедая половинкой батона. Но и после еды настроение ничуть не улучшилось. Мы уже собрались идти дальше, когда я услышал недалеко в темноте коридора отчетливый шорох.


– Осторожно! – успел я выкрикнуть, прежде чем из темноты на нас бросился снорк – одна из самых опасных тварей Зоны.


Артем отреагировал раньше, чем сообразил, что к чему. Он просто вскинул автомат и саданул мимо меня широким веером очереди. В этот момент снорк находился в прыжке, почти под самым потолком, но парой пуль его все равно зацепило и сбило с намеченной траектории. Я как можно резвее отскочил в сторону, но снорк приземлился точнехонько между мной и напарником, так что никто из нас не мог выстрелить без риска ранить другого. И тут Артем сделал такое, чего я бы сделать не додумался никогда в жизни. Или не осмелился. Все мы живем в рамках каких-то стереотипов – воспитание, образование, круг интересов, общество. Артем же, мне начало казаться, от стереотипов был свободен вовсе. Он перехватил автомат за ствол и в тот момент, когда снорк собрался на него кинуться, изо всех сил долбанул его прикладом в голову. Это чуть притормозило атаку, но Артем на этом не успокоился, а вторым ударом еще более ловко отшвырнул тварь в сторону.


Мне только это и требовалось! Как только снорк оказался в стороне от научника, я с бедра засандалил ему две короткие очереди в брюхо и одну, когда он присел, точно в голову. Хватило. Тварь подергалась и замерла на полу.


– Человек... – задумчиво произнес Артем. – Даже в противогазе. Чего вы их так боитесь?


Со мной случилась истерика. Я рассмеялся, не в силах сдержаться, и сполз спиной по стене.


– Боимся... – я ржал, как сумасшедший. – Да, ученый ты наш, мы их боимся. А знаешь, почему? Потому что они страшные!


Артем поглядел на меня с жалостью.


– Страшные, – пожал он плечами. – Ну... Прыгают хорошо.


Несмотря на то что в снорка влетело порядком пуль, крови на полу не было видно. Вскоре и я поверю, что половина тварей в Зоне – ожившие каким-то образом и преображенные влиянием Зоны мертвецы. Псевдособаки, кстати, тоже хорошо прыгают.


Немного успокоившись, я спросил:


– Значит, кровосос тебя напугал, а снорк нет?


– Так человек же... – Артем пнул тело ногой. – А кровосос нет.


– Странная у тебя градация ужасов.


– Какая есть, – спокойно ответил напарник.


По пути я старался метить выстрелами на стенах места, в которых мы побывали. Несмотря на это, мы несколько раз оказывались в одном коридоре. Этот лабиринт начал меня утомлять своим однообразием и мрачностью. Но неожиданно мы наткнулись на проем, который раньше не замечали во тьме. А за проемом обнаружилась лестница, ведущая на уровень ниже.


– Там может быть проход. – Артем остановился и осветил фонарем ступени. – В какой стороне координаты документов?


Я сверился с КПК и задумался. Лестница вела в нужную сторону. Координаты же давались без учета высоты точки, поэтому могло оказаться, что за бронированную дверь нам и не нужно, что документы могут находиться уровнем ниже, чем тот, по которому мы бродили.


Но едва мы начали спускаться, снизу донесся громкий утробный рев.


– Плоть, – выдохнул я.


– Что? – не понял меня напарник.


– Редкая в Зоне тварь. Думаю, никакие исследования не позволят понять, из кого она трансформировалась в тот ужас, которым стала.


– А почему плоть?


– Увидишь, поймешь. Ей трудно дать другое название. Просто скачущий бесформенный кусок мяса. Агрессивный и хищный.


– Ты случайно не о свинье-мутанте говоришь?


– Хочешь сказать, что плоть – это трансформированная свинья?


– Скорее всего. Не дикий кабан, от которого пошли кабаны-мутанты, которых мы били у блокпоста, а именно обычная домашняя хрюшка.


– Тогда эта хрюшка здорово прибавила в весе.


– Не без того, – невесело ухмыльнулся Артем.


Спустившись, мы увидели слабо освещенное помещение, заставленное баками и перегороженное сетками. Артем было сунулся туда, но я его удержал:


– Плоть – самая тупая из тварей. Не надо лезть на рожон. Давай дождемся, пока она покажется. Тут ведь где-то скачет. Потому что, если нарвемся на нее на короткой дистанции...


– Я видел труп этой твари. Крупная, конечно, но ужасного впечатления это зрелище на меня не произвело.


– Потому что труп. А я пару раз встречался с живой. Не кровосос, конечно, но тоже приятного мало. Хотя в Зоне вообще приятного мало, чего уж тут говорить.


Из полутьмы помещения раздалось тяжелое дыхание и звук шлепающих прыжков.


– Она левее, за баком, – прикинул Артем.


Мы вскинули автоматы и стали терпеливо ждать. Прошло секунд тридцать, прежде чем из-за стального котла показалась плоть. Нога у нее была всего одна, но прыгала тварь на удивление ловко, особенно с учетом веса, которого в ней было килограммов триста, не меньше. Почуяв нас, она изменила направление, но мы встретили ее плотным огнем из двух автоматов. На мой взгляд, все пули попали в цель, но действия возымели мало. Точнее, возымели не то действие, какого нам бы хотелось. Вместо того чтобы рухнуть на пол, тварь взревела еще страшнее, чем раньше, чуть отпрыгнула в сторону и снова кинулась на нас. Мы повторили, благо оба магазина были свежие, мы их сменили незадолго до того, как нашли лестницу. Но и в этот раз плоть никак не показала, что пули ей вредят.


– Отходим! – скомандовал я.


На этот раз Артем спорить не стал. Живая плоть и на него, похоже, произвела больше впечатления, чем дохлая. Мы спешно попятились, прикрываясь короткими очередями, но никакого останавливающего действия пули на тварь не оказывали. Поэтому мы перестали попусту тратить патроны, развернулись и банально дали деру вверх по лестнице.


– По ступенькам они скачут плохо, – переводя сбившееся дыхание, сказал я. – Но все равно надо быть начеку.


Наверху мы уже нормально отдышались. Я чутко прислушивался, но с лестницы не доносилось ничего похожего на характерные шлепающие прыжки. Зато донесся рев. Ничуть не менее бодрый, чем раньше.


– Сколько мы в нее пуль всадили? – изумленно спросил Артем.


– Почти по полному магазину. Полсотни штук где-то.


– И хоть бы что. Надо попробовать угрохать ее гранатой.


– Или хотя бы оглушить, – подхватил я его идею.


– Думаешь, если она оглохнет, будет меньше кусаться? – спросил Артем.


– Иди ты со своими шуточками! Наверху будем шутить, а еще лучше – в баре за выпивкой.


Вниз спускаться не хотелось, но там было последнее не обследованное нами помещение. Если противорадиационный костюм находился по эту сторону двери, то только там. А может быть, там был и проход дальше, который вывел бы нас к документам. Возможно, все соискатели этого приза до нас туда попросту не совались, не желая связываться с плотью. Я бы охотно отказался от этой схватки, но надо было закрыть тему лаборатории Х-18, обследовав все помещения.


Несмотря на то что в магазинах еще оставались патроны, мы их сменили, чтобы иметь в трудную минуту полный боезапас. Артем достал гранату, разогнул усики и вынул кольцо.


– Вперед, – тихо скомандовал он.


Я двинулся за ним, держа автомат прикладом к бедру. Судя по звуку, плоть прыгала совсем рядом с проемом, поэтому, как только лестница закончилась, я максимально собрался и крепче сжал автомат.


Стоило плоти показаться в проеме, Артем швырнул в нее гранату, а я без паузы шарахнул тремя короткими очередями.


– Назад! – скомандовал напарник.


Вообще это было против правил, потому что командиром экспедиции официально считался я. Но я тоже не дурак – стоять так близко к готовой разорваться гранате, так что в укрытии на лестнице мы оба оказались одновременно.


Грохнуло. Когда свист в ушах начал стихать, я осторожно, ступенька за ступенькой, спустился до середины лестничного пролета.


– Хорош осторожничать! – подогнал меня Артем. – Граната, взорванная непосредственно под брюхом даже такой твари, не оставляет шансов на выживание.


Но я спешить не стал, потому что не был на сто процентов уверен в его правоте. И правильно! Только спустились, плоть кинулась из проема прямо на нас. Ее, конечно, слегка подправило взрывом – из многочисленных ран свисали ошметья живого дергающегося мяса, но чувствовала она себя вполне бодренько. Я с перепугу насадил ее на длинную очередь и снова подался назад. Артем же, наоборот, остановился как вкопанный и принялся поливать тварь короткими очередями.


– Не пройдем! – выкрикнул я, стараясь перекрыть рев автоматов. – Назад!


У меня кончились патроны. Плотность огня ослабла вдвое, плоть это почувствовала и приготовилась к финальному прыжку. У меня пот по спине тек ручьем, когда я перезаряжал магазин. Скорее всего, если бы устраивались европейские соревнования по скорости замены магазина на автомате, я бы установил рекорд. Но тут кончились патроны у Артема, и моя идея об увеличении плотности огня пошла прахом. Пришлось снова отходить. Артем с пустым автоматом оказался куда сговорчивее, чем с заряженным.


Мы взбежали по лестнице и, тяжело дыша, прислонились спинами к бетонной стене.


– Хрюшка, говоришь? – хрипло спросил я. – Не произвела, говоришь, впечатления?


– Да. Живая она бодрее, – согласился он.


Впервые мне удалось ему что-то доказать. Возможно, это меня и порадовало бы, но не в такой ситуации.


– Мы все патроны на нее изведем! – зло сказал я. – А толку? Может, в том помещении и нет ничего?


– Раз взялись, должны исследовать все, что доступно.


– Исследователь. – Я сплюнул под ноги.


Плевок получился вялый – во рту пересохло. Мы снова перезарядились, но на этот раз я вытащил кольцо из гранаты и первым двинулся вниз. Меня эта плоть просто достала. Я бы лучше не лез к ней в логово, но кто виноват, что она облюбовала последнее не осмотренное нами помещение?


Твари в проеме не оказалось.


– Спряталась, – сказал Артем. – Придется лезть внутрь.


– Это уж фиг, – спокойно ответил я. – Сам не полезу и тебе не дам. С плотью работает только одна тактика – ждать, не соваться первым, отступать, когда кончаются патроны.


Наконец в проеме мелькнула крупная бесформенная тень. Я тут же швырнул гранату, и мы спрятались за углом. Воздухом шарахнуло по ушам сильно, но нам было не до комфорта, мы бросились вперед и попеременно из двух стволов начали добивать тварь. Она шлепнулась на пол, колотя по воздуху единственной ногой, но вскоре успокоилась. А уж как стало спокойнее нам, вообще передать невозможно! И если меня кто-то спросит, что есть счастье для сталкера, я не скажу, что это хороший хабар или мешок денег. Я скажу, что счастье – это опустить перегревшийся автомат и взглянуть на убитую тобой плоть. Когда на тебя кидается кровосос, не успеваешь подумать. Там или ты его, или он тебя. Быстро и стильно. А с плотью возни на полчаса и патронов отстреляно столько, что страшно оскользнуться на гильзах.


Мы обошли развороченное пулями и взрывами тело и почти сразу заметили за решеткой яркое оранжевое пятно. Не узнать этот цвет было невозможно, потому что именно такого цвета ткань противорадиационных костюмов, в которых научники прогуливаются по Зоне.


– Вау! – не сдержался я. – Нашли!


– А ты хотел смотаться, – не преминул поддеть меня Артем.


– Ладно, ладно! – За такую находку я был готов простить ему все.


По крайней мере, патроны и гранаты, затраченные на устранение плоти, окупились сторицей. Мы радостно преодолели отделявшее нас от ценной находки расстояние и замерли, потеряв от неожиданности дар речи. Во-первых, костюм был на трупе ученого. Но это меня бы не остановило. Во-вторых, ученый явно погиб от зубов плоти, потому что костюм был изодран в нескольких местах. Фактически наша ценная находка в таком состоянии почти ничего не стоила. Нет, конечно, его можно было залатать, вернув тем самым часть свойств. Например, замкнутый цикл дыхания и часть противорадиационной устойчивости. Но не в полной мере, разумеется. Процентов на пятьдесят. Потому что дыры есть дыры.


– Похоже, у нас сегодня все-таки не очень удачный день, – признал наконец Артем.


– Как начался, такой и день, – пробурчал я. – Нашли, блин, костюмчик... Стоило из-за этого влипать в такую историю...


Кроме того, помещение оказалось глухим, из него не было никакого выхода, кроме того, через который мы попали сюда. А значит, рухнули надежды достать документы, не проникая за бронированную дверь. Вляпаться хуже было бы сложно. Невозможно, я думаю. Но все же я умудрился.


И знаете, о чем я подумал? О том, что теперь придется переться обратно. Через темноту коридоров, в которых наверняка поджидала еще парочка снорков, через бандитов, которые, скорее всего, успели перегруппироваться, а может, и подтянуть подкрепление. А потом через Темную Долину со всеми ее прелестями. И мне стало совсем худо. Еще хуже, чем утром, с бодуна.


Понятно, что обратного пути не миновать в любом случае, но с целым новеньким костюмчиком он бы меня так не печалил. А в данной ситуации... Я был готов поселиться тут на несколько дней, только бы не идти прямо сейчас обратно.


– Что будем делать? – довольно спокойно спросил Артем.


– Снимать штаны и бегать, – грубо ответил я.


Артем ничего не ответил, кажется, даже обиделся, а я начал снимать, но не штаны, а костюмчик с трупа. Во-первых, его действительно можно было чуть подлатать и использовать. Во-вторых, опять же подлатав, впарить какому-нибудь новичку под видом нового. А новый купить. Хотя как раз с покупкой его были проблемы. Нечастый это товар на нынешнем рынке. Вон у бармена не оказалось. А оказался бы, так пошел бы втридорога. Знаю я местные ценники.


На самом деле костюм по сходной цене можно было бы купить у научников, но это тоже не на базар за луком сходить. Большинство ученых нашего брата побаивалось, и, чтобы наладить хоть какой-то контакт, надо было либо кого-то из них спасти, либо повпахивать на них конкретно и с максимальным риском для жизни. С тем самым риском, на который сами они шли до крайности редко. Не в пример, кстати, Артему. Этот в самое пекло полез, не сдрейфил. Зря я ему нагрубил. Вообще это последнее дело – срывать злость на напарнике.


– Извини, – сказал я, снимая шлем противорадиационного костюма.


– Не парься, – примирительным тоном ответил он. – Прекрасно понимаю – нервы.


Мне стало еще более стыдно. Не хотелось на это ничего отвечать, лучше уж молча возиться с костюмом. Что я и сделал. Когда все было закончено, я обыскал карманы, но нашел только аптечку, какими снабжали научников, и новенький КПК. Настолько новенький и хороший, что не стал разбивать, как делал обычно. Взял своему на замену. А что? Перекинуть данные, да и все. Наконец я свернул костюм покомпактнее и сунул в рюкзак.


– Готов, – сказал я.


Артем не отреагировал.


– Эй! – пришлось снова его окликнуть.


– Погоди, Лемур. – Он поднял указательный палец, мол, не мешай.


– Что там такое?


– Интересно, то, что я вижу, – это то, о чем я думаю?


– Опять в философию ударился? – скривился я.


– Нет, ты не понял. Я вижу снайперскую винтовку. Немецкую, такую, как ты купил у бармена.


– Где?! – живо подскочил я.


– Да вот же!


Я глянул в указанном направлении и, действительно, наткнулся взглядом на снайперку «IL-86». Вот только радости это у меня нисколько не вызвало. Знал бы, что найдем, не покупал бы втридорога! А теперь, что? Бросить жалко, а таскать лишнюю тяжесть накладно.


– Ну и денек, – сказал я, сплюнув под ноги.


– Что тебе не нравится? – удивился Артем. – Хорошая ведь винтовка!


– Вторая-то нам зачем?


– А мне? Я как-то в Афгане стрелял из снайперки, мне понравилось.


– Ну, в таком разе, ты и будешь ее таскать, – подвел я итог.


Похоже, он был не против.


– Какие дальнейшие планы? – спросил напарник, закрепляя винтовку на рюкзаке.


– Выбираться, – твердо заявил я. – Мы все осмотрели, другого, кроме бронированной двери, пути к документам нет. А дверь без хорошей порции взрывчатки нам не одолеть. Да и со взрывчаткой, скорее всего, тоже. Раньше потолок рухнет, чем эта дверь поддастся.


– Видимо, да, – кивнул Артем.


– Так что пошел-ка бармен в задницу, а мы займемся своими делами. Кто-то, кажется, мне обещал миллион.


– До него еще добраться надо, до твоего миллиона.


– Вот и нечего терять время. Документы нам не достать. А значит, и мысли о награде за них следует выкинуть из головы.


Осмотрев на всякий случай все закоулки последнего помещения, мы поднялись по лестнице и стали пробираться к выходу.


– Помнишь, где «Жарки» расположены? – спросил я. – Смотри не нарвись. А то с нашим сегодняшним везением немудрено. Давай-ка лучше за мной.


Артем без споров отстал. Когда было надо, он умел обойтись без своих незыблемых аргументов. Точнее, когда его правота сама переходила в разряд спорных вещей. Когда я говорил, что надо рвать когти из этих неприветливых мест? В самом начале! Нет же, Артема все тянуло на подвиги. И вот результат – драный противорадиационный костюм и бронированная дверь между нами и документами.


Что бы ни говорили последователи теории материализма, я уверен, что у сталкера в Зоне из-за постоянной смертельной опасности вырабатывается особое чутье на правильные пути. И чутье это не всегда можно объяснить рациональными средствами. Иногда просто нет желания соваться куда-то, или надобность сунуться куда-то вызывает отчетливую тревогу. А сунешься, как вот мы сунулись, и сразу понимаешь, что предчувствие было верным, что надо было сматывать удочки тогда, когда мысль об этом впервые пришла в голову. Дело еще и в том, что у сталкеров не только развивается подобная чувствительность, но и сами сталкеры доверяют ей. Происходит нечто вроде естественного отбора. Те, кто доверяет таким предчувствиям без попытки анализа, выживают чаще, чем те, кто не доверяет. Если бы сталкерам в Зоне было с кем размножаться, то через какое-то время, возможно, возникла бы популяция сверхчувствительных людей. Но, для того чтобы размножаться, вы правильно подумали, кроме мужчин, нужны и женщины, а их в Зоне раз, два и обчелся. О чем многие из нас сокрушались. Но женщины, несмотря на свою природную чувствительность и потенциальную способность к сталкерству, не спешили сюда из-за антисанитарии, отсутствия даже намеков на какой-то комфорт и присутствия оравы одичавших мужиков. Хотя о двух женщинах-сталкерах я слышал. Но, судя по рассказам, их трудно было назвать женщинами, в моем понимании этого слова.


Из раздумий на эту тему меня вывел мощный металлический грохот, раздавшийся, как показалось, совсем рядом. Создалось ощущение, что кто-то со всей дури несколько раз лупанул исполинским кулаком в бронированную дверь. И звук этот раздался именно со стороны той двери, за которую нам не удалось попасть. Мы переглянулись и припустили вперед.


– Только осторожнее! – предупредил я на всякий случай. – Хрен знает, что там такое.


– Судя по звуку, оно крупное, – кивнул Артем, поднимая ствол автомата.


Я зарядил гранату в подствольник. Потому что оказаться там могло все, что угодно, от какой-нибудь твари, порожденной Зоной, до сталкера в экзоскелете, раз бармен утверждал, что они встречались на местном рынке. Грохот повторился, а потом и вовсе начал звучать непрерывно.


– Эдак, пока добежим, дверь к чертям вылетит, – пошутил я. – Заходи кто хочет, бери что хочешь...


Но безудержного веселья у Артема моя шутка не вызвала, да и вряд ли имело смысл на это рассчитывать в такой обстановке. Когда мы добрались до коридора, в конце которого располагалась злополучная дверь, стало ясно, что удары раздаются не с нашей стороны, а с той, куда нам надо было попасть. Это позволило нам чуть расслабиться и не ждать нападения незамедлительно.


– Ничего себе лупит, – сказал Артем, увидев, как ходит ходуном массивная броня двери. – Интересно, кто это может быть?


– Сталкер в экзоскелете, – ляпнул я первое, что пришло на ум.


– Ты серьезно?


– Нет, – отмахнулся я. – Понятия не имею, кто способен на такой фокус. Даже у плоти не хватит массы.


– Может, это плоть-мутант?


– Куда уж ей дальше мутировать-то? – криво усмехнулся я. – И так морду от задницы не отличишь.


Дверь продолжала с грохотом содрогаться. Иногда она так изгибалась, что между ней и стальным косяком образовывалась щель.


– Слетит ведь с петель от таких ударов... – поежился Артем. – Но у меня уже пропало всякое желание переступать этот порог. Если мы с плотью столько возились, то с этим сколько придется? Держу пари, что эта тварь точно крупнее. В разы.


– Понять бы, чего она ломится... – задумался я.


– Нас чует, вот и ломится. Пойдем отсюда.


Мысленно я усмехнулся новой расстановке сил. Теперь Артем спешил убраться из подземелья, а мне почему-то торопиться перехотелось. Хотя глупо, конечно. Но будь у меня код, я бы дверь открыл. Почему-то страшные удары с той стороны не вызывали во мне того ужаса, который они же вызывали у Артема. Причина такой разницы в психологическом воздействии осталась мне непонятной, да я и не очень пытался в ней разобраться. Эмоции эмоциями, а раз нам придется проделать обратный путь, надо не тянуть резину. Чем раньше поднимемся наверх, тем меньше шансов у бандитов перегруппироваться и подтянуть подкрепление. Я бы предпочел вообще не вступать с ними в новую стычку. Норму по перестрелкам я выполнил на полгода вперед. Но все равно придется, поскольку выход из лаборатории лежал в их владениях. Судя по слухам, правда, был и второй выход, северный. Слышал я байку о том, что именно у северного входа в лабораторию Х-18 в одной из аномалий Призрак нашел свою легендарную куртку. Говорили, что Призрак аптечек с собой не носил, благодаря этой куртке – на вид обычной сталкерской, но, побывав в аномалии, она усилила старые и приобрела новые свойства. Например, мне не раз приходилось слышать, что она излучала тепло и во много раз ускоряла регенерацию тканей. Получалось, что куртка сама превратилась в артефакт вроде «Маминых бус», только получше. И происхождение этого артефакта связывалось именно с северным входом в лабораторию Х-18. Однако, осмотрев в буквальном смысле все закоулки этого подземелья, мы с Артемом не нашли и намека на другой выход наружу. А значит, северный вход был либо легендой, как многое, связанное с именем Призрака, либо находился за бронированной дверью. И если бы он был там, то именно ради него, а не ради документов стоило бы рваться за дверь. Хотя и награда за документы тоже лишней не будет, но когда надеешься отхватить миллион, вряд ли стоит рисковать из-за нескольких десятков тысяч.


– Долго мы тут будем торчать? – с нетерпением спросил Артем.


– Вперед! – скомандовал я, подняв ствол автомата.


В бодром темпе мы преодолели несколько пересекающихся коридоров, счастливо миновали «Жарку», в которую я не так давно угодил, и добрались до того места, где красовалась надпись «Санитарная зона». В воздухе висел массивный деревянный ящик. Мы остановились и перевели дух.


– Будь осторожен, – предупредил я, – не спуская глаз с ящика.


У меня не было полной уверенности, что это опять проделки еще одного полтергейста, в конце концов, это могла быть какая-то неизвестная аномалия гравитационного типа. Но ухо надо держать востро, а то, не ровен час, схлопочешь ящиком по башке. Через несколько секунд мой оптимизм получил подкрепление – ящик просто рухнул на пол, а не полетел в нас.


Я первым пересек небезопасное пространство и оказался у лестницы, ведущей наверх. Артем тут же догнал меня.


– Теперь начнется самое трудное и неприятное, – сказал я.


– Бандиты? – уточнил он.


Я кивнул и добавил:


– Наверняка они сгруппировались и ждут. Возможно, устроили засаду у двери, код от которой дал нам бармен. Выйти будет трудновато.


– Жаль, другого выхода не нашли.


– Он может быть за бронированной дверью, и то не факт. Так что придется прорываться там. Сколько у тебя осталось гранат?


– Пять, – сосчитал запас напарник.


– У меня еще десяток к подствольнику.


– Ну и две снайперки – тоже вооружение.


– В помещениях от них мало проку. Хотя... – Я вспомнил, как бил бандитов в коридоре. – Могут и пригодиться.


Мы взобрались по лестнице и остановились у запертой двери. Я приложил ухо к металлу, пытаясь расслышать хоть что-нибудь, происходящее снаружи, но дверь была слишком толстой – слышно было только, как кровь шумит в ушах.


– Открывай, – кивнул Артем.


Я достал КПК и набрал код на двери. Замок щелкнул, и массивная створка чуть приоткрылась. Тут же снаружи донесся хриплый возглас:


– Вали их, пацаны!


И следом за возгласом в броню вонзились несколько пуль. Одна пролетела в щель и звонко отскочила от стены рикошетом. Недолго думая, Артем кинул в щель гранату, а я притянул дверь на место. Снаружи ухнуло. Тогда я распахнул дверь и коротко выглянул, чтобы хоть как-то оценить обстановку. Но увиденное заставило меня мигом юркнуть обратно, закрыть дверь и снова защелкнуть замок.


Тут же дверь загудела от нескольких пулевых попаданий.


– Там их человек тридцать, – сообщил я. – Спрятались за обломками стен и легкими баррикадами из строительного мусора. Кажется, они всерьез решили отомстить за твое освобождение.


– Приплыли... – Артем почесал макушку. – Дверь пристреляли... Тридцать стволов... Честно говоря, не представляю, как выбраться.


– Я тоже, – признался я.


И, наконец, испугался. В Зоне чувство страха очень быстро истончается, заменяясь анализом опасности. То есть ты понимаешь, что там-то и там-то опасность такая-то и такая-то. А страха нет. Потому что опасность здесь на каждом шагу и бояться попросту перестаешь. А вот тут я испугался совершенно по-человечески. И даже понял безвыходность ситуации. Стало кристально ясно, что не сегодня, так завтра, мы оба неизбежно умрем. Не от пуль, так от голода. И я начал в ужасе перебирать возможные пути к спасению. И тут меня осенило.


– У тебя КПК с собой? – спросил я Артема.


– Нет. А что?


– Почему? Ну ладно, в свитере по Зоне, это я пойму, учитывая эйфорию от неожиданно навалившегося везения. Но почему без компа? А карты, а связь?


– Ну... – на лице напарника отразилось довольно сильное замешательство.


Возникло ощущение, что ему важно ответить на мой вопрос, и он ищет наиболее подходящий ответ. Точнее, спешно его придумывает. Но почему бы не сказать правду? Это меня настолько озадачило, что я на миг перестал бояться.


– В общем, нет у меня КПК, – ответил он. – Остался на базе.


– Ну, ты и гусь... – помотал я головой.


– За каким чертом тебе вообще понадобился мой компьютер?


– Ты же ученый! – вспылил я. – Ты можешь связаться с базой по Интернету и вызвать военные вертолеты. Они на хрен разнесут это бандитское гнездо... Почему эта мысль приходит в голову мне, сталкеру, а не тебе, имеющему полное право на огневую поддержку?


– У меня нет КПК, – упрямо повторил Артем.


– Я тебе подарю! – вспылил я и достал из кармана свою старую машинку. – Сейчас перегоню данные на новый и торжественно тебе презентую свой боевой портативный компьютер.


Он не ответил. Я активировал машинку, взятую у погибшего ученого, и начал просматривать файлы на предмет чего-нибудь интересного. Не сносить же все! У научников на компах иногда попадалась очень интересная инфа. И очень полезная. В этот раз нашлись более свежие интерактивные карты Зоны с обозначенными аномалиями, координаты двух тайников и несколько файлов голосовой почты, в которых обычно содержатся внутренние директивы научных баз. Все это я, естественно, оставил, а лишнее, например альбом с личными фотографиями, удалил для экономии места. Также стер почтовый аккаунт – это скорее из уважения к покойному и чтобы не было соблазна копаться в чужой почте. Затем я перелил всю информацию со старой машинки и отдал ее Артему со словами:


– Пользуйся. Безвозмездно, то есть даром.


– Спасибо, – смутился он.


– Пожалуйста. А теперь как можно шустрее связывайся со своей базой и вызывай вертолеты. Скажи, что тебя и одного очень лояльного сталкера тут зажали бандиты.


Он вздохнул и принялся создавать новый почтовый аккаунт. Мне же делать было особенно нечего, и я, присматривая за лестницей, чтобы на нас неожиданно не напал снорк, принялся копаться с новой машинкой. Попыток снова открыть дверь мы, не сговариваясь, решили больше не предпринимать. Смысл нулевой лезть на три десятка направленных в упор стволов.


– Как дела у тебя? – спросил я через некоторое время.


– Письмо отправил, – неохотно сообщил Артем. – Надо ждать ответа.


– Будем ждать.


Но что-то мне в его тоне не понравилось. Если точнее, то мне показалось, что он врет. Непонятно, в чем причина, но о вызове подмоги он говорил явно неохотно. И меня это напрягло. Но я решил пока не спрашивать в лоб. Мало ли какие у него мотивы? Может, им запрещают пользоваться помощью военных почем зря? Наверняка это не поощряется. Дорого. Вертолеты, да и вообще...


Но следующая мысль в моей голове показалась мне более здравой и близкой к истине. Он не хочет, чтобы коллеги узнали о его связи со сталкером. Вот это могло быть реальной и серьезной причиной. Но все же не поводом для отказа от поддержки вояк в сложившейся ситуации.


А еще через десять минут мы услышали снаружи шипение газового резака.


– Так... – протянул я. – Кажется, проблем у нас продолжает добавляться.


– Дверь собрались резать, – кивнул Артем.


– Приплыли. Если сюда ворвется свора бандитов в тридцать рыл, от нас мокрого места не останется.


– Только панику не устраивай! – одернул меня напарник.


– Панику? – психанул я. – А не по твоей ли милости мы попали в эту западню? А?


– Почему по моей?


– Потому что я еще наверху предлагал сматываться.


– Ты предлагал не сматываться, а шпарить прямиком в лабораторию. И тогда тут было бы не тридцать, как ты выражаешься, рыл, а все пятьдесят или даже больше.


– В нашем положении нет разницы – тридцать или пятьдесят.


– Во-первых, есть. Во-вторых, я тут ни при чем.


Он был прав. Просто нервы у меня расшалились.


Через дверную щель начали просачиваться сизые полоски дыма.


– Сколько, интересно, времени у них на это уйдет? – спросил я.


– Нормально. Дверь неподъемная.


– Твои успеют отреагировать?


– Фиг знает. На самом деле речь может идти о паре-тройке часов.


– Понятно...


Я начал скисать. За три часа газовым резаком дверь можно снять. Легко. И надеяться, получается, не на кого.


– Надо занимать оборону, – выдавил из себя напарник. – Займем позицию в коридоре за двумя «Жарками». Бандитам там будет очень сложно маневрировать, а они еще будут вынуждены это делать под огнем двух снайперских винтовок. Там длина коридора метров пятьдесят. Так?


– Ну да.


– Сделаем баррикаду из ящиков, поставим растяжки с гранатами. И не забывай, что у тебя подствольник. В обороне мы добьемся большего, чем в попытке выбраться через дверь.


– Ну, хоть какая-то идея, – кисло кивнул я. – Хотя их тридцать... А может, подтянут и больше. Одно приятно – впервые в жизни аномалии будут работать на нас, а не против нас. «Жарки» там полностью коридор перекрывали. Мы пошли в обход. Значит, этот обход надо ликвидировать.


– Ликвидировать не получится, – помотал головой Артем. – Тут кругом бетон, гранатой завал не сделаешь. Поставим растяжку. Если бандиты найдут обходной путь в наш коридор, то мы об этом узнаем по взрыву. И тогда придется драться на два фронта. Но это тоже возможно. Главное, сделать укрытие, исходя из этого.


План имел шансы на воплощение, поэтому мы не стали терять время попусту, а приступили к его выполнению. Сначала поставили растяжку с гранатой у самой двери. По взрыву определим, что они вошли, да к тому же пару бандюков ликвидируем точно, может, еще ранит кого или глушанет, как следует. Затем спустились по лестнице и поставили вторую растяжку внизу. От нее в плане сигнализации толку будет меньше, а вот по боевой эффективности она должна будет сработать лучше, поскольку тут бандиты наверняка уже будут двигаться плотной группой, и их конкретно накроет осколками. Покончив с этим, мы нашли начало коридора, перекрытого двумя «Жарками». Прямо прохода не было – я покидал болты и понял, что прорваться можно, если бегом, но ожога не миновать. А это уже хорошо, поскольку ожог в любом случае снизит эффективность противника. Влево, в короткий коридор из санитарной зоны, тоже соваться нельзя – там в проломе стены притаилась «Воронка». Бандиты с аномалиями связываться боялись, а потому знали о них мало. Кто-то может прохлопать, и его засосет. Тоже нам на руку. Вправо вел коридор, по которому мы обошли «Жарки». Но простого обхода не было. Чтобы подойти к аномалиям с другой стороны, понадобится пройти почти весь лабиринт подземелий. Мы его уже хоть как-то изучили, и это давало весомое преимущество. Конечно, если завалить обход, мы бы вообще были в шоколаде, мы бы вдвоем тут армию могли остановить, хватило бы патронов. Но обрушить бетонные перекрытия – нечего и думать. Радовало лишь то, что обе «Жарки» почти незаметны, да и освещение тут худое. Поэтому бандиты наверняка ломанутся напрямик и угодят в аномалии. Хотя бы парочка. А вот что они дальше будут делать, понятно и ишаку. Пойдут в обход.


И тут мне в голову пришла такая светлая мысль, что у меня в этой самой голове вспыхнуло, будто от взрыва атомной бомбы.


– Что такое? – удивился Артем, увидев мое выражение лица.


– Блин! Ты помнишь ту огненную хрень, которая летает по комнате, а в коридор почему-то не вылетает?


– Ну?


– Она ведь как раз на обходном пути!


– И что? Летает себе по комнате... Если бы в коридоре, то хрен бы они прошли.


– Но почему она летает только по комнате?


– Откуда я знаю?


– Ты же ученый!


– И что? Я геолог, а не аномальный пиротехник.


– Ладно. Быстро двигаем туда. Попробуем разобраться.


– Промухаем, баррикаду не успеем построить.


– Мне кажется, это важнее.


Он не стал спорить. Заинтересовался.


Мы рванули по коридору и вскоре остановились у проема, за которым гудело жаркое пламя. Огненный шар двигался по замысловатой, казалось бы, хаотичной траектории, но, понаблюдав за ним минут пять, я понял, что в этом хаосе прослеживается некий ритм. Во-первых, шар двигался кругами и никогда не менял направление на обратное. Во-вторых, он огибал все предметы – бочки, бетонные колонны и не натыкался на стены. И тут меня второй раз осенило.


– Бочка!


– Что? – не сразу понял Артем.


– В коридор ему не дает выйти вон та бочка! Видишь, он ее огибает каждый раз и отклоняется от выхода.


– И что ты предлагаешь? – насторожился он.


– Убрать ее!


– Сдурел? Там температура, как в домне!


– Ничего. Отлетит подальше, я попробую.


– Сумасшедший! – Напарник выразительно повертел пальцем у виска.


Но я не собирался отказываться от идеи. На случай ее успешного воплощения мы перекатили из санитарной зоны три бочки, чтобы ограничить ими траекторию вылетевшего шара. А то он начнет гулять по лабиринтам непредсказуемо, может и нам задницы подпалить. Двумя бочками мы ограничили фрагмент коридора длиной метров двадцать, в центре которого зиял огнедышащий проем. Третью бочку приготовили у самого входа в комнату, чтобы закрыть его, если шар соизволит вылететь.


Когда все было готово, я встал у проема и начал ждать, когда шар удалится на более или менее безопасное расстояние. Ждать пришлось долго, но в конце концов, петляя между колоннами, шар забился в дальний угол и начал тыкаться между стеной и колонной. Лучший момент трудно было придумать. Я рванул вперед, морщась от палящего жара, подскочил к бочке и повалил ее на себя. Горячая она была, будто из геенны огненной, но я приспустил рукава куртки и воспользовался ими вместо перчаток. Бочка с грохотом рухнула, а шар выбрался из временной западни и полетел точнехонько на меня. Стало жарко. Очень. Но ждать второго, столь удачного момента не было времени, поэтому я изо всех сил пнул бочку, и она выкатилась в коридор. Сам я рванул следом, перепрыгнул через нее и с криком «Жмем!!!» рванул вперед. Артема не надо было уговаривать, он припустил следом. Мы перепрыгнули через нами же установленную бочку и, пробежав еще метров десять, перевели дух.


Шар не вылетел. Видимо, на этом участке траектории не попал в проем. Однако, по моим расчетам, рано или поздно он должен был это сделать. Плохо было только то, что если мы не закроем вход в комнату, шар снова может туда попасть и открыть бандитам дорогу нам в тыл. Поставить же бочку на место можно будет только в том случае, если шар вылетит. Дилемма сложная, я понимал. Ведь не будешь же ждать за углом, когда шар с температурой в несколько тысяч градусов продефилирует мимо тебя!


И тут он вылетел!


– Ну, ты пиротехник, – с удовольствием отметил Артем. – Голова!


– Он обратно может залететь, – остудил я его. – Если не закрыть вход.


– И как ты собираешься это сделать? – удивился он.


– С огромным риском для жизни, – ответил я.


Объяснять ничего не хотелось. Я просто скинул рюкзак, чтобы повысить маневренность и скорость, дождался, когда шар направится к дальней бочке, запрыгнул в огороженный нами участок и с такой скоростью бросился вперед, что жилы затрещали. Моя скорость была где-то втрое больше, чем скорость шара, поэтому он подлетал к дальней бочке в тот момент, когда я оказался у проема и задвинул его бочкой. И тут же рванул назад. Шар за мной. А силы у меня не резиновые, дыхалка тоже. Да и вообще Зона не очень благотворно влияет на здоровье. В общем, на обратном пути он начал меня догонять. Волосы на затылке нагрелись и запахли паленой курицей. Но это, естественно, сил мне прибавило. А когда на мне все же вспыхнула куртка, я перепрыгнул через бочку, бросился на пол и перекатился по нему к ногам Артема. Тот быстро сообразил, что надо делать, и сбил пламя. Шар же отразился от бочки и двинулся в обратный путь. Теперь он из коридора точно не выберется.


– Вот это препятствие! – довольно потер руки напарник. – Как ты сам?


– Как рождественский гусь после духовки.


– Вставай! – Он подал мне руку и помог влезть в лямки рюкзака. – Теперь строим баррикады.


И мы взялись за дело. Времени было в обрез, поэтому мы вспотели, пока таскали бочки, фрагменты металлических ограждений и ящики. Свалив все это в кучу, мы устроили в баррикадах две удобные стрелковые ячейки, из которых можно было вести огонь как вперед, так и назад. Такую конструкцию мы предусмотрели на случай, если бандиты все же обойдут нас с тыла, несмотря на огненный шар, выпущенный в коридор. Теоретически, сбив бочки, они могли заставить шар гулять по всему лабиринту коридоров. Это удлинило бы его траекторию, он мог бы уйти в какой-нибудь закоулок и открыть путь противнику.


Когда все было закончено, я сказал:


– Почту проверь. Не ответили там твои?


Артем покопался в компьютере, но быстро ответил:


– Интернета здесь нет. Подземелье.


Я сплюнул. Но тут уж ничего не попишешь.


– Ты хоть дал им координаты?


– Конечно, – кивнул напарник. – Все написал.


– Значит, они отреагируют, когда смогут. Тогда нам надо продержаться часа три.


Мы выпили по банке энергетического напитка, и почти сразу прозвучал далекий взрыв – сработала первая растяжка, оставленная нами у двери.


– Прорезали, – спокойно прокомментировал Артем.


Мы снарядили снайперские винтовки и несколькими выстрелами пристреляли их по тому месту, где были расположены «Жарки». Я подумал, что в создавшейся ситуации они обе не лишние. Сверху раздалась беспорядочная стрельба. Скорее всего, после взрыва бандиты решили, что атакованы, и открыли огонь из-за двери, еще не входя внутрь большим отрядом. Стреляли долго, что говорило о не слишком высоком интеллектуальном уровне их главаря или, что тоже могло быть правдой, о серьезности их намерений и о сверхдостаточности стрелковых средств. Похоже, они пробираются вперед серьезным штурмовым подразделением, собираясь уничтожать все на своем пути. В другом месте, не в Зоне, это им, скорее всего, удалось бы. Но тут нужно учитывать и другие факторы. Например, аномалии. Хотя их что учитывай, что нет – сделать с ними все равно ничего нельзя, только обойти. Просто мы, волею случая, получили очень добротное естественное прикрытие.


Минут через десять прозвучал второй взрыв – сработала растяжка внизу лестницы. Судя по времени между двумя взрывами, противник успел сгруппироваться и сосредоточиться, а это означало, что граната, подорванная в гуще бандитов, нанесла им серьезный урон. Как бы там ни было, они снова открыли огонь. Причем на этот раз уже слышался не только грохот пальбы, но и визги близких рикошетов. Чтобы их раззадорить, мы ответили из автоматов: тратить патроны к снайперкам было накладно. Подействовало. Такая бессмысленная перестрелка продолжалась минут пять, не меньше. Только мы поучаствовали в ней всего несколькими короткими очередями, а противник шквалом огня. Представляю, сколько они взяли с собой патронов, чтобы чувствовать себя комфортно при такой тактике. Но сколько их ни бери, все равно расходовать надо экономно. Не собираются же они потратить на нас двоих весь свой боезапас.


И снова мое чутье подало мне странный сигнал в виде промелькнувшей мысли: «А не много ли чести – тратить столько усилий и средств на двух сталкеров?» Ну ладно, вопрос престижа, я понимаю. Мы учинили бандитам небольшой разгром, а они в отместку посчитали делом чести нас уничтожить. Вполне в рамках их мотиваций. Но не в том случае, если наше уничтожение обойдется им дороже нашего первого вторжения! А счет наверняка уже идет именно таким образом. До проникновения в подземелья лаборатории мы с Артемом уничтожили около двадцати бандитов. Теперь же в операции против нас они, еще нас не видя, уже потеряли не меньше двух человек на первой растяжке и не меньше четырех на второй. Это уже четверть от первоначальных потерь.


И тут же новая мысль ударила меня, как хлыстом. Зачем бандитам вообще спускаться вниз? Имея газовый резак, куда проще и дешевле было бы не резать дверь, а наоборот – заварить нас наглухо, и мы сами бы окочурились тут с голоду через недельку. И престиж был бы соблюден, и потерь удалось бы избежать. Еще и на заваренной двери написать: «Так будет с каждым!» Но они так не поступили. И трактовать это, на мой взгляд, можно было только одним образом: ими движет не стремление отомстить, а что-то другое. Например, желание взять нас живыми или хотя бы добраться до наших трупов. А раз так, то необходимо разгадать причину их действий. От цены вопроса во многом зависела наша дальнейшая судьба, поскольку, только поняв мотивации нападающей стороны, можно было прикинуть, на что она готова в плане усилий и средств по претворению своего плана в жизнь.


Я всерьез задумался, но никакого ответа в голову не приходило. Нет, не то чтобы совсем не приходило. Даже, напротив, ответ возник раньше, чем я начал анализировать происходящее. Но... Нет, нельзя сказать, что он был невероятным. Скорее он настолько подтверждал многие из моих подозрений, что я невольно ужаснулся, мысленно сжался и выкинул все мысли из головы. На фиг! Если продолжать думать в том же направлении, то можно надумать такого, что впору самому застрелиться, а не ждать, когда до этого дойдут руки у бандитов. Но все же я собрал волю в кулак и додумал цепочку мыслей до конца. А складывалась она следующим образом: сомнительно, чтобы бандитам настолько нужен был я, а значит, из нас двоих им нужен, скорее всего, Артем, но я не знал, какую ценность он мог представлять для них, выходит, я не знаю о нем чего-то важного, он что-то от меня скрыл и скрывает, и половина его россказней, если не все, могут оказаться легендами, придуманными для простачка-сталкера, а на самом деле он меня просто использует в какой-то непонятной мне, а значит, скорее всего, совершенно невыгодной мне афере, и, может, он вообще не ученый, потому что с какой стати ученому бродить по Зоне в свитере, да и трусоваты ученые, и любой ученый, представься ему такая возможность, сразу запросил бы помощь военных, а не отлынивал бы от этого, и с чего я взял, что он ученый? Потому что бандиты о нем так говорили? И с чего я взял, что мы идем добывать чудо-артефакт стоимостью в миллион долларов?..


Эта цепочка мыслей окончательно меня деморализовала. Я ощутил себя крысой в норе, которую обложили со всех сторон, а второй выход из норы заперт. И стало мне так жалко себя, что я чуть не заплакал. Ну, надо же было так лохануться! А все жадность! Проще всего развести именно жадного человека. Пообещай ему миллион, и он отдаст последнее в надежде его получить. Все лохотронщики, все строители финансовых пирамид пользовались именно этим принципом. И все жертвы их – люди жадные, польстившиеся на легкий выигрыш или на запредельно выгодный процент. И ведь я это знал! А сам влип, как голодная муха в повидло. И жизнь моя с этой минуты будет стоить меньше самого дешевого лотерейного билета.


Была бы возможность, я бы прямо сейчас послал Артема в задницу, забрал бы у него купленное снаряжение и занялся бы своими делами – сбором артефактов и сбытом их торговцу. Ну и другими мелкими приработками. Но такой возможности не было – впереди бандиты, позади бронированная дверь. Хотя...


В голову мне пришла новая мысль. Более продуктивная, чем немедленная попытка вывести напарника на чистую воду. Зачем? Ведь сам Артем собирался извлечь пользу из нашей экспедиции. И пользу немалую, судя по той целеустремленности, с которой он стремился вперед, несмотря на все опасности и трудности. Мне следует узнать его тайну, понять, чего он хочет на самом деле, а уж потом разбираться. И, скорее всего, в этой афере найдется выгода и для меня. По крайней мере, узнав тайну Артема, я смогу прищемить ему хвост и взыскать честную плату за свои усилия.


Решив остановиться на этом варианте, я почти успокоился. Обида и жалость к себе ушли, зато осталась отменная боевая злость.


Через несколько минут в зоне видимости показались первые противники. Они и опомниться не успели, как мы встретили их снайперским огнем из двух стволов. Били в голову, на дистанции в пятьдесят метров, не оставляя себе права на промах. Бандиты двигались достаточно плотным строем, поэтому мы с ходу уложили человек пять, прежде чем они поняли, что нарвались на хорошо поставленную оборону. Они отпрянули и залегли, ведя беглый огонь, но пули, долетавшие до нас, лишь звонко щелкали в металлические конструкции баррикады. Сообразив, что к чему, противник принялся спешно сооружать укрепления, но их надо было ставить на разумной дистанции, иначе и по нам огонь вести не получится. Так что бандюки катали бочки и таскали ящики в сетках наших прицелов, ежесекундно теряя одного бойца за другим.


Честно говоря, я думал – отступят. Поймут, что у нас слишком выгодная позиция для обороны, и отступят. Будут брать измором и осадой. Но уже минут через пять стало ясно – никто не собирается отступать. Бандиты укреплялись и готовили плацдарм для массированного штурмового прорыва. Не жалея сил, боеприпасов и живой силы. Это было поразительно. Ну какую ценность могут представлять для них два сталкера? Артем? Но сколько же тогда должна стоить его тайна, если за нее готовы платить такую цену? Миллион? Или больше?


От этих мыслей моя меткость только улучшилась. Артем же и вовсе бил спокойно, ритмично, не тратя понапрасну ни одной пули. Поэтому, когда опустел магазин его тридцатизарядки, можно было уверенно сказать, что мы проредили ряды бандитов минимум на тридцать бойцов. Но поскольку и я не попусту потратил пятнадцать зарядов, то потери противника были много больше.


Вскоре бандюки сообразили, что стрелковой тактикой нас не взять, выдвинули вперед обладателей автоматов с подствольниками и начали бить гранатами. Были бы наши баррикады чуточку ближе, нам бы пришлось несладко, но на пятьдесят метров граната из подствольника летит по очень крутой параболической траектории, поскольку скорость у нее дозвуковая. И получалось, что верхняя часть этой параболы лежала выше, чем потолок коридора. Пущенные точно по прицелу гранаты попадали в потолок примерно в тридцати метрах от нас, их взрывы могли нанести урон только самим бандитам. Тогда бандиты начали стрелять гораздо более настильно, но теперь гранаты, пролетая под самым потолком, не набирали нужную высоту траектории и падали с недолетом до нас метров в двадцать.


Это усложняло ситуацию, поскольку мелкие фрагменты насеченной стальной пружины, используемые в качестве полуготовых осколочных элементов, били хоть и недалеко, и несильно, но получать в лицо такой шрапнелью не хотелось совершенно, даже с учетом двух «Маминых бус» на поясе. Так что приходилось отслеживать выстрелы из подствольника и успевать пригибаться за металлические щиты баррикады. Это снизило эффективность, а точнее, плотность нашего огня. Противник это сразу почувствовал и начал выдвигать передние боевые порядки. При этом их выстрелы ложились все ближе к нам, и вскоре баррикада начала ощутимо шататься от каждого взрыва.


– Развалят к псевдособакам! – прорычал я.


– А я что? – пожал плечами Артем. – Делаю, что могу! Они же высунуться не дают.


Честно говоря, мы в пылу боя сами немного подзабыли о своих главных козырях. А вспомнили лишь через полминуты, когда передний гранатометчик нарвался на «Жарку» и вспыхнул, как факел. На нем была не прорезиненная сталкерская куртка, а обычная, бандитская, кожаная со вшитыми броневыми пластинами. Поэтому бандит через секунду рухнул и скорчился на полу. Двое, находившиеся в непосредственной близости, тоже получили серьезные повреждения и надолго потеряли всякую боеспособность.


Мы схватились за автоматы и, еще не видя противника за столбами гудящего пламени, начали молотить вдоль коридора короткими очередями. Использовать снайперки сейчас было бы совершенно глупо, а вот накрыть боевые порядки противника мощным автоматным огнем никогда не мешает. В любом случае кого-то мы точно зацепили, это уж без всяких сомнений. Ошарашенный противник затих и отступил на ранее занимаемые позиции.


– Сработало! – довольно заметил Артем, снова берясь за винтовку.


Я последовал его примеру и прильнул к прицелу. Видно никого не было, лишь мелькали пятна света от фонарей за наспех построенными баррикадами. А через минуту, когда бандиты очухались, они открыли по нам шквальный неприцельный огонь. Вот это оказалось по-настоящему жестко – не высунуться. Сколько стволов плевались в нас свинцом, трудно было представить, нам пришлось залечь и слушать непрерывный визг рикошетов. Иногда, отскочив от потолка или от стены, шальная пуля била в спину через бронежилет и защитное поле «Маминых бус». Неприятно, надо сказать. Я перевесил артефакты на грудь, чтобы максимально поднять поле и защитить голову. Возникло ощущение, что нам противостоит не только банда Борова, которую мы с самого начала не слабо проредили, а целая коалиция банд. И это было странно, поскольку для создания такой коалиции понадобилась бы очень веская причина – главари редко дружили между собой.


Я покосился на Артема. Он ведь не мог не анализировать происходящее. И я тоже не зарекомендовал себя дураком. Как он считает, о чем я думаю? И готов ли ответить на вопросы, когда я их задам?


Но прежде чем их задать или ответить на них, нам надо выбраться. А ощущение создалось такое, словно численность бандитов, несмотря на наш успешный огонь, не уменьшается, а лишь прибавляется. И ясно было, что при таком упорстве и при таком неэкономном расходовании средств бандиты рано или поздно найдут способ нас выкурить. В конце концов задавят массой. У нас патронов для винтовок оставалось примерно по сто пятьдесят на каждого. То есть это около двухсот пораженных целей. А дальше?


К беспорядочной автоматной и ружейной стрельбе начали прибавляться взрывы гранат – и ручных, мощных, оборонительного действия, и к подствольнику. Первые били жестко, не хуже пуль, да еще и глушили. У них эффективный радиус поражения до двухсот метров. Это не шуточки. Снова загудела активированная «Жарка», и раздался вопль. Ага, все же пытаются продвинуться дальше. Но это им дудки. С этим они ничего сделать не смогут.


Но я ошибся. У них тоже головы не опилками набиты. Минуты через три опять полыхнуло пламя «Жарки», но вопля мы не расслышали. Честно говоря, сам я значения этому не придал. Ну, мало ли людей погибало молча? Артем вроде бы тоже. А дошло до нас только тогда, когда мы получили прямое попадание гранаты из подствольника в баррикаду. Шарахнуло так, что у меня в глазах помутнело, а передние листы металла, так эффективно отражавшие пули, подняло до потолка и опустило на нас.


– Ставь их снова! Быстро! – закричал Артем.


Шквальный огонь продолжался, грохот стоял немыслимый, визжали рикошеты повсюду, так что я не понял, как вообще возможно что-то сделать в такой обстановке. Но Артем смело встал во весь рост, дважды пальнул из снайперки, а потом бросил ее и начал устанавливать на место металлический лист. Я не понимал, что происходит, почему пули в него не попадают. А понял лишь тогда, когда напарник, кое-как приляпав один лист, снова спрятался за баррикадой. И тут же пули замолотили в наше укрытие, визжа и вышибая снопы щепок из ящиков.


– Они посадили гранатометчика в металлическую бочку, – поделился Артем своими наблюдениями. – И катнули ее через «Жарку». Он прокатился по коридору, вылез и с короткой дистанции дал нам прикурить. А шквальный огонь в это время вели высоко над его головой, чтобы не угрохать. Поэтому я и успел загасить урода, поправить лист и спрятаться. Но они уже перевели огонь ниже, снова не высунешься.


– Ну, тогда нам капец, – прикинул я. – Бочек в этом подземелье больше, чем дерьма в выгребной яме.


– Ничего, выкрутимся. Снаряжай подствольник! – крикнул напарник.


Не понимая, что он задумал, я достал патронташ с выстрелами к гранатометному комплексу и сунул гранату в ствол. Артем же в это время принялся разгребать баррикаду изнутри, и в конце концов между ящиками и фрагментами металлических ограждений образовалось нечто вроде амбразуры для стрельбы.


– Гаси их сразу, как только начнут выскакивать из бочек. Не давай приблизиться на расстояние точного выстрела, – сказал он.


Это было понятно. Сам он сделал такую же амбразуру для себя и залег перед нею. Я достал из рюкзака еще одни «Мамины бусы» и повесил ему на броник поближе к лицу.


– Три штуки приостановят и пулю, пущенную точно в башку. Отделаешься серьезным сотрясением мозга.


– Спасибо, – кисло улыбнулся он.


И тут началось. Полыхнула «Жарка», и через нее выкатились целых три бочки. Я встретил их короткими очередями из автомата, а когда высунулся первый стрелок, Артем мигом уложил его из снайперки. Я пальнул из подствольника, когда показались двое других, граната рванула между ними, уложив одного и ранив другого. Добить его Артем не успел – нас накрыли таким плотным автоматным огнем, что пришлось отползти от импровизированных амбразур.


– Все равно дело дрянь, – сплюнул я в сторону.


– Вижу, – кивнул Артем. – Но у меня есть идея. Отстегивай свои «Бусы» и давай сюда.


– За каким? А я?


– А ты сиди за бочкой и не высовывайся. И автомат с подствольником дай сюда.


Я не стал ему перечить. План Артема был не так дурен, я уже понял, в чем его суть. Потому что я не шутил, когда рассказывал о «Маминых бусах», потому что пять артефактов на бронике – это серьезно.


Артем выскочил из-за баррикады и рванул вперед под шквальным огнем. В него трижды попали сразу, сбили с ног, но он поднялся и зигзагом снова двинулся вперед. Добравшись до середины коридора, он выпустил остаток магазина из автомата, а затем начал одну за одной пускать гранаты из подствольника. Когда ушла пятая, от шквального огня остались только редкие беспорядочные выстрелы. Тут уж высунулся и я, схватил его автомат и начал прикрывать отход Артема огнем. Выстрелы со стороны противника стихли. Тогда Артем в качестве контрольной меры швырнул гранату оборонительного действия, залег, а после взрыва рванул обратно. Я видел при вспышке, как разлетелись в стороны остатки вражеских баррикад и несколько тел.


Артем перелез через ограждение и присел рядом со мной. Броник его зиял рваными дырами в нескольких местах – пули повредили внешнюю ткань. Со лба текла кровь.


– Влепили в лоб, гады, – сквозь зубы прошипел напарник. – До сих пор в глазах фейерверк. Но все же крутая штука эти «Мамины бусы».


– Когда их много, – уточнил я. – А много их бывает очень редко. Пока добудешь хоть одни – упаришься.


– Очухаются они не скоро. – Артем смахнул с лица кровь и выглянул через баррикаду.


Я обработал ему глубокую царапину выше брови и намотал бинт на голову. Он стал похож на заправского красного командира из фильма тридцатых годов.


– В следующий раз твоя очередь, – добавил он, и перецепил на меня все «Мамины бусы».


Я вздохнул и полез за КПК. Было интересно, сколько вообще бандитов находится в радиусе обнаружения. Но оказалось, что проверить это не так просто. КПК, взятый у погибшего ученого, работал под новейшей операционкой, а потому запустить доморощенную программу на нем не удалось. Я начал мудрить с установками, попробовал перевести дату назад, это иногда помогает, и как только сдвинул число на две недели назад, у меня на экране высветилось сообщение, отправленное ученому по внутренней почте в то время.


– Ёшкин хлыст! – не удержавшись, выкрикнул я. – Смотри!


Я сунул машинку Артему под нос, но в этот момент со стороны противника раздался рев реактивного двигателя, и в нашу баррикаду угодила ракета из «РПГ-7». Рвануло так, что у меня чуть кишки наружу не вывернуло, а Артему, понятное дело, досталось сильнее, поскольку «Маминых бус» на нем в тот момент не было. Последнее, что я помню из этого эпизода – как я лежу на спине, а на меня сверху падают обломки нашей баррикады.




Опубликовано: 06 июля 2010, 04:56     Распечатать
 

 
электронные книги
РЕКЛАМА
онлайн книги
электронные учебники мобильные книги
электронные книги
Полезное
новинки книг
онлайн книги { электронные учебники
мобильные книги
Посетители
электронные книги
интернет библиотека

литература
читать онлайн
 

Главная   |   Регистрация   |   Мобильная версия сайта   |   Боевик   |   Детектив   |   Драма   |   Любовный роман   |   Интернет   |   История   |   Классика   |   Компьютер   |   Лирика   |   Медицина   |   Фантастика   |   Приключения   |   Проза  |   Сказка/Детское   |   Триллер   |   Наука и Образование   |   Экономика   |   Эротика   |   Юмор