File engine/modules/ed-shortbar/bar.php not found.
Библиотека книг онлайн
  Добавить в Избранное   Сделать Стартовой  
книги
 
  Search  
электронная библиотека
онлайн библиотека
Главная     |     Регистрация     |     Мобильная версия сайта     |     Обратная связь     |     Карта сайта    |     RSS 2.0
библиотека
     
» Лев Безыменский Человек за спиной Гитлера

 

Лев Безыменский Человек за спиной Гитлера


Очерк второй:

Начало года 45-го


Читая эти пометки, сделанные рукой Бормана в самом начале 1945 года, можно составить себе представление — насколько все было тогда привычно для руководящих деятелей германского государства. Фюрер функционирует: он исполняет обязанности верховного главнокомандующего и находится в одной из полевых ставок. Причем в ставке, расположенной близ западных границ Германии, где с конца декабря 1944 года шли активные наступательные действия вермахта, руководимые генерал-фельдмаршалом Рундштедтом.


Даже если учесть, что это была последняя большая наступательная операция вермахта, она причинила Эйзенхауэру и Монтгомери значительные неприятности. Оборонительные линии американской группы армий Брэдли и фронт фельдмаршала Монтгомери были прорваны, и Рундштедт вот-вот грозил выйти к побережью. Именно это было предметом бесед на новогоднем обеде у Гитлера, на который собрались все высшие чины рейха: рейхсмаршал — главком ВВС и формальный преемник фюрера Герман Геринг, начальник штаба верховного главнокомандования (ОКВ) Вильгельм Кейтель, сам Борман, командующий группой армий «Запад» Герд фон Рундштедт, начальник исторического отдела ОКВ генерал Шерф, главнокомандующий ВМФ гросс-адмирал Карл Дениц, начальник оперативного штаба ОКВ генерал Иодль, министр иностранных дел Иоахим фон Риббентроп, начальник военной адъютантуры фюрера и начальник отдела кадров ОКВ генерал Вильгельм Бургдорф, начальник генштаба сухопутных сил генерал-полковник Гейнц Гудериан, министр вооружений Альберт Шпеер. Традиционно и вручение наград — на этот раз летчику Руделю. Традиционны и темы совещаний: усиление вермахта, проблемы транспорта, воздушная война.


О чем же говорили за праздничным столом в «Адлерхорсте»? Конечно, о той военной операции, которую на исходе 1944 года по идее самого Гитлера проводили немецкие сухопутные и военно-воздушные силы в районе Арденнских холмов против англоамериканских войск. С ней Гитлер связывал большие надежды, как с единственной в это время наступательной операцией, в которой вермахт, казалось, взял инициативу в свои руки — не на всех фронтах, а лишь на Западном. Именно здесь Гитлер усмотрел слабое звено вражеской коалиции: на стыке американской группы армий генерала Омара Брэдли и английской группы фельдмаршала Бернарда Монтгомери он решил нанести удар, дабы не только сорвать их продвижение в Германию, но и выйти через реку Маас к Антверпену, то есть к морю, а затем окружить и уничтожить противника. 16 декабря тщательно подготовленная и засекреченная операция началась мощным ударом, заставшим американцев врасплох. Вдобавок шел снег, союзническая авиация бездействовала, а специально переодетые в американскую форму диверсанты под командованием знаменитого Отто Скорцени внесли панику в действия войск Брэдли.


Но к новогоднему столу Гитлера фельдмаршалу Рундштедту, генералам Зеппу Дитриху и Мантейфелю было нечего принести. Уже к 25 декабря их танковые армии застряли. Погода исправилась. Сам Гитлер, выйдя из своего бункера, мог наблюдать, как две тысячи американских бомбардировщиков идут на боевые задания. Американцы начали контрнаступление, немецкое продвижение практически прекратилось далеко не доходя до Мааса. Пришлось удовлетвориться малыми успехами на южном участке союзнической группировки (в Эльзасе), да и они скоро кончились.


Но это не мешало Гитлеру произносить мажорные тосты. Об их подоплеке он сам рассказал Иозефу Геббельсу, который через пару дней приехал из Берлина в «Адлерхорст». Здесь Геббельс встречался со всеми высшими лицами рейха, включая Мартина Бормана (с Борманом Геббельс смог достичь полного согласия). В разговоре с глазу на глаз 4 января Гитлер говорил (запись в дневнике Геббельса):



«Что касается военно-политической ситуации, то она, конечно, настолько отрадна, что и говорить о ней нечего. Фюрер считает, что кризис в лагере противников очень скоро достигнет новой кульминации. Он считает, что 1945 год будет решающим и безусловно приведет к развалу враждебной коалиции. Каким образом и по какому поводу — еще сказать нельзя».



И еще о том же:



«Фюрер выражает убеждение, что лето 1945 года принесет великое решение этой войны».



О Рузвельте:



«Рузвельт, по мнению фюрера, стремится подобру-поздорову выбраться из европейской войны».



О Черчилле:



«В принципе он против большевиков. Если ему представится возможность выйти из игры и снова поставить на ноги британскую мировую империю, то он эту возможность использует. Мы же не упустим случая, чтобы ее создать. Это можно достичь и военным, и политическим путем».



О Сталине:



«В этой связке Сталин — «смеющийся третий». Он ведет очень хитрую и умелую политику. Но, по мнению фюрера, Сталин когда-либо захочет лишнего и тогда-то пробьет наш час».



Настроения Гитлера были определенными: ждать, пока союзники перессорятся, и держаться всеми силами до этого желанного момента — скажем, до лета 1945 года.


Шел шестой год войны в Европе, четвертый год войны Германии с СССР. Собственно говоря, она должна была бы давно кончиться. Ведь записал в своем дневнике — не Борман, а Геббельс 9 июля 1941 года:


«Рано утром я совершаю полет в ставку. После военного совещания приходит фюрер. Он выглядит лучше, чем можно было бы ожидать, и производит впечатление, вызывающее чувство оптимизма и доверия. Он кратко описывает мне военное положение, на которое он смотрит весьма положительно. По его неопровержимым и подтвержденным фактам, две трети большевистских сил уничтожены или же сильно потрепаны. Пять шестых большевистских воздушных и танковых сил могут считаться уничтоженными…


Наши потери держатся в умеренных рамках. В танковых частях они достигают даже 10 %, считая и поврежденные танки. Для наступающей армии это не особенно много, ибо поврежденная часть может быть исправлена. Огромная тыловая система заботится о том, чтобы ремонт производился в возможно большем масштабе. Кроме того, в тылу мы собрали столько резервов, что нам весьма легко быстро пополнить убыль. Потери людьми также, к счастью, весьма невелики, будучи сравнительно выше лишь среди офицерского состава…


Если большевизм будет ликвидирован, будет достаточно оставить на Востоке 50 дивизий. Этими силами страна, поскольку она станет нами оккупирована, будет совершенно умиротворена.


…Правда, внезапное выступление против Советского Союза, не подготовленное пропагандистски и психологически, вызвало в немецком народе на несколько часов и, может быть, на пару дней некоторый шок. Но это следует отнести за счет того, что мы, как уже подчеркивалось, не могли подготовить народ к этой акции. Это было совершенно невозможно сделать, коли мы желали, чтобы наше наступление застало большевиков врасплох. В течение последующих дней мы должны были попытаться наверстать все то, чего мы не могли подготовить. Теперь немецкий народ в своих широких слоях видит, что столкновение с большевизмом было необходимым, и фюрер в нужный момент принял нужное решение. Война на Востоке может быть закончена победой, и только тогда у нас будет возможность бросить всю силу немецкого удара на Запад или же против Англии.


Фюрер еще раз подчеркивает, что на основании военного опыта видно, насколько своевременно было наступление на Востоке. Этим отличается нынешнее ведение войны Германией сейчас от ведения прошлой войны. До 1 августа 1914 года мы сидели и смирно ожидали, пока собралась вражеская коалиция, — и только тогда выступили. Теперь наше военное командование ставит себе целью сражаться с противником поодиночке и разбить противника по частям…


…У нас имеется достаточно резервов, чтобы устоять в этой гигантской борьбе. От большевизма не должно ничего остаться. Фюрер имеет намерение стереть с лица земли такие города как Москва и Петербург. Да это и необходимо! Ибо если мы хотим расчленить Россию на отдельные составные части, то это огромное государство не должно обладать ни духовным, ни политическим, ни хозяйственным центром.


…Мы не придаем значения тому, что большевики уничтожат урожай. Сбор этого урожая нам не нужен и в наших расчетах он не учтен. Если они действительно будут уничтожать урожай в больших размерах, то будущей зимой в России разразится такой голод, какого еще не знала история. Но это не наша забота. Каждый создает себе такой рай, которого он желает. В случае благоприятного развития операций в течение ближайших дней, мы продвинемся вплоть до Волги, а в случае военной необходимости и до Урала. Умиротворение прочих русских областей в случае военного сопротивления будет производиться специальными экспедициями. Конечно, мы не потерпим, чтобы где-либо в незанятой нами части России образовался какой-либо военный или же военно-промышленный центр.


Фюрер чрезвычайно доволен тем, что маскировка приготовления к Восточному походу вполне удалась. Он стоит на той точке зрения, что таким путем мы сохраним от 200 000 до 250 000 человек. Весь маневр проведен с невероятной хитростью…


Примут ли японцы при дальнейшем развитии конфликта участие в военных действиях — пока еще не совсем ясно. Однако фюрер считает это совершенно определенным. Если в настоящий момент японцы все еще немного медлят, то это следует отнести за счет того, что они должны подготовить сначала свой народ к этому столкновению.


Что предпримет Англия в случае победоносного окончания Восточного похода, еще совершенно неясно. Черчилль будет стараться прежде всего втянуть в войну США. Удастся ли ему это — неизвестно. Это в большой мере зависит от того, как и каким образом мы победим Советский Союз и сколько на это потребуется времени. Фюрер в настоящий момент настроен в отношении Англии совершенно твердо. Неизвестно, принял бы он сейчас всеобщее мирное предложение, исходящее из Лондона. Он предвидит крушение Англии с уверенностью сомнамбулы. У Англии нет здорового основания. Эта мировая держава представляет собой пирамиду, стоящую на своей вершине. Такая маленькая метрополия не может вечно вести за собой такую гигантскую империю. Если нам возражают, что подобными способами, какими мы ведем войну, мы никак не сможет получить колоний, то это неважно. Если в нашем распоряжении будут находиться огромные пространства Востока, то нам пока никакие колонии не нужны. Европа, как хозяйственное целое, будет нами расчленена и заново организована. Таким путем Европа может прокормить себя сама, образуя единое целое.


…Фюрер вместе с соответствующими инстанциями наших вооруженных сил еще раз рассмотрел все наши военные прогнозы. Относительно этого он придерживается чрезвычайно трезвого и реалистического мнения. Итоги говорят о том, что война на Востоке в основном нами уже выиграна. Придется еще вести целый ряд сражений, но от полученных ударов большевистские вооруженные силы уже более не оправятся. Само собой разумеется, что нам придется, как это уже и предполагалось, оккупировать огромные пространства, и поэтому поход на Востоке не идет ни в какое сравнение с прошлогодним походом на Западе.


…Хорошие качества немецкого солдата и добротность военного снаряжения показали еще раз, что они стоят на высоте. Мы в колоссальной степени превосходим противника. Трудность для нас представляет лишь пространство. Однако повторение наполеоновского случая невозможно, хотя — ирония судьбы! — мы выступили против большевизма в ту же ночь, в какую Наполеон перешел русскую границу, т. е. в ночь с 21 на 22 июня. Но мы выступили не только марширующей пехотой, а моторизованными танками. Нам будет несравненно легче преодолеть огромное пространство Востока».


И даже два года спустя, после поражений под Москвой и Сталинградом (8 мая 1943 г.), тот же д-р Геб-бельс записывал в том же дневнике и в том «наполеоновском духе»:


«Фюрер выразил свою непоколебимую уверенность в том, что рейх овладеет всей Европой. Нам еще предстоят немалые бои, но они безусловно приведут к великолепным успехам. Тогда будет предопределен путь к мировому господству. Кто владеет Европой, тот захватит и руководство миром».


Если бы все шло по гитлеровским наметкам, то 1 января 1945 года Европа должна была бы выглядеть так (если двигаться по географической карте с Востока на Запад):


Советский Союз — такого государства нет. Есть четыре имперских комиссариата; самый крупный из них — «Москва», или «Московия», возглавляемый рейхскомиссаром Зигфридом Каше. Но сам Каше находится не в Москве: город Москва, равно как и Ленинград, превращен в безлюдное каменное море развалин. Каше управляет «Московией» из некогда принадлежавшего древнейшему русскому роду Юсуповых дворца Архангельское. Колоссальные владения Каше простираются от Западной Сибири до Смоленска, от Архангельска до Моздока; на юге они граничат с кавказскими владениями рейхскомиссара Арно Шикеданца, который гораздо удобнее устроился в солнечном Тбилиси. Не менее удобно рейхскомиссару Украины Коху: он — в древнем Киеве, и в его распоряжении вся Украина.


Польша — это слово забыто, так как «генералгубернаторство» празднует уже шестой год своего существования.


Чехословакия — кто помнит о ней? Пожалуй, лишь Словакия по ассоциации со своим наименованием, будучи членом «карманной» «Балканской федерации».


Венгрия, Румыния — включены в состав «Великой Европы» в качестве членов «Балканской федерации».


Югославия — расчленена на отдельные области, которые включены в «Федерацию».


Греция — как государство не существует, включена в «Южную федерацию» под протекторатом Италии.


Швейцария — оккупирована вермахтом и превращена в «гау Швайц».


Франция — как таковая уже не отмечена на карте. Эсэсовское образцовое государство Бургундия включило северо-восточные французские земли, к ним присоединены бывшая Бельгия и Голландия. Остатки Франции представляют собой оккупированные территории, управляемые из Виши.


Испания и Португалия — существуют, однако без Франко и Салазара. Первого давно сменил прогермански настроенный генерал Муньос Грандес, который содействовал проведению операции «Изабелла — Феликс — И лона», в ходе которой вермахт захватил Гибралтар и прошел до Бискайи.


Англия — давно оккупирована; ею управляет король и одновременно имперский наместник Эдуард VIII; премьер-министром стал сэр Сэмюэль Хор, давний поклонник идеи сговора с Германией.


Норвегия, Дания, Швеция — объединены в «Северную федерацию» под имперским протекторатом; Видкун Квислинг стал главой объединенной скандинавской нацистской партии.


В Европе уже уничтожены 11 миллионов евреев. Создана Великая тысячелетняя германская империя, столица которой переименована из Берлина в «Германиа». Здесь идет строительство новой имперской канцелярии и других грандиозных строений по планам Альберта Шпеера. Верховное главнокомандование вермахта занято планами высадки в западном полушарии, так как Азия и Африка уже поделены между Германией, Италией и Японией…


Я не настаиваю на точности всех деталей, однако — если следовать немецким документам — так могла бы выглядеть Европа в 1945 году, если бы в 1941 году увенчалась успехом операция «Барбаросса», а вслед за ней уже разработанные генштабом вермахта операции: «Танненбаум» (захват Швейцарии), «Зильберфукс» (Швеция), «Феликс — Изабелла — Илона» (Гибралтар — Испания — Португалия), «Зеелёве» (Англия), «директива 32» (Иран — Ирак — Индия) и многие другие. Но реальность января 1945 года выглядела совсем по-другому.


Нет, уже не по сталинградским, курским и украинским землям пролегала линия фронта. Осенью 1944 года вышла из войны Финляндия. Уже вермахт вынужден был покинуть Белоруссию и Украину, отступить из республик Прибалтики, оставив блокированной, прижатой к Балтийскому морю часть своих войск. Во владении немцев оставалась лишь Восточная Пруссия, превращенная в восточный бастион обороны. Да и то она находилась в ожидании нового советского наступления. Из Восточной Пруссии тянулась узкая, еще остававшаяся под немецким контролем полоса — Северная Польша и Померания. Советские войска уже стояли перед самой Варшавой и промышленной Силезией. На юге дела вермахта обстояли еще хуже: была потеряна как союзник Румыния, и Гитлер прилагал отчаянные усилия, чтобы сохранить Венгрию, которую пришлось оккупировать. Отпала как потенциальный союзник Болгария. О каких-либо активных наступательных действиях на Восточном фронте не могло быть и речи. Ограничивались лишь местной операцией против западных союзников в Арденнах.


…Министр вооружений Альберт Шпеер, получив приглашение на новогодний обед в полевой ставке фюрера «Адлерхорст» близ Наугейма, с трудом добрался до цели: ему то и дело приходилось вылезать из машины, чтобы укрываться от англо-американских бомбежек. В результате он потратил 22 часа, чтобы покрыть 300 километров. Новый год праздновали с шампанским, и фюрер произносил оптимистические тосты. Но в узком кругу он позволил себе быть откровеннее. Своему адъютанту фон Белову именно в первые дни 1945 года он признался, что готов покончить жизнь самоубийством.


— Я знаю, что война проиграна, — сказал Гитлер. Но сразу добавил: — Мы никогда не капитулируем. Погибнутьто мы погибнем, но захватим весь мир с собой…


Кто-кто, а Гитлер знал, чего стоила эта война. В специальном меморандуме, подготовленном для него ОКВ, приводились такие данные о потерях, начиная с сентября 1939 по январь 1945 года:


Убитыми: сухопутные силы — 1 662 561 (из них 1,1 млн. на Восточном фронте)


Общие потери убитыми (армия, флот, ВВС) — 2 001 399


Ранеными (все рода войск) — 4 429 875


Пропавшие без вести — 1 902 504


Общие потери вооруженных сил — 8 333 978


Количество разрушенных зданий в Германии от бомбежек — 595 514.


А ведь война еще не была окончена! Можно понять, что означали слова Гитлера о том, что он хочет взять весь мир с собой. С собой — в небытие. Это намерение было ясно и Мартину Борману, который 3 января 1945 года на совещании (его участники также перечислены в записной книжке) активно поддержал предложение о призыве в армию всех мужчин, которые еще могли держать оружие в руках.


Иозеф Геббельс не был на новогоднем обеде у Гитлера. Но строчки из его дневника за 1 января 1945 года неплохо характеризуют настроения, царившие в «высших сферах» рейха:


«Я думаю, что год 1945-й будет для нас очень бурным. Тем не менее я твердо уверен, что нам удастся и нам должно удаться совладать с его трудностями. Так или иначе, мы получили для этого в 1944 году хорошую тренировку. Ведь недаром говорится: то, что тебя не опрокинет, пойдет лишь тебе на пользу».


В 1944 году рейх, действительно, еще не опрокинулся. Но на пользу это ни Гитлеру, ни Геббельсу, ни Борману в 1945 году не пошло. Наоборот, они лишь несли миру (и своему народу) горе, смерть и разрушения.


ДНИ: 7 января —19 января


Воскресенье, 7 января


Вечером 22 часа — отъезд М.Б. автомашиной в Мюнхен.


Сильные неоднократные налеты на Мюнхен.


Понедельник, 8 января


8 часов — прибытие в Мюнхен. До обеда — у Фегеляйнов, затем поездка М.Б. на «Гору».


Вторник, 9 января


М.Б. у мамочки и детей на Оберзальцберге.


Среда, 10 января


Пополудни совещание с Клопфером, Фридрихсом, с Хуммелем. Затем с имперским руководителем молодежи Аксманом.


Четверг, 11 января


Осмотр всех штолен. М.Б. (беседа) с Г.Шенком.

Пятница9 12 января


М.Б. с Вейнгартом, с Пройсом, с д-ром фон Хуммелем.


Ужин с Вейнгартами, Иозефой, фрейл. Зильберхорн, Функ, фр. Лазецки, г-жей Треземер, фр. Бауридль, д-ром Штолль, д-ром фон Хуммель, Мюллербухом, Постом, Шреком, Грейдером, Бредовом, Бюлером, Вольфом, Шенком, Пройсом, Мейером, д-ром Франком.


Суббота, 13 января


— «Адлерхорст»


Пополудни М.Б. с мамочкой и детьми в подвалах «Фишерброй» в Бад-Рейхенхал-ле для осмотра шампиньоновых плантаций садовника Фольмер. Вечером М.Б. с партайгеноссе Трейшем. Утром большевики переходят в крупное наступление!


Воскресенье, 14 января


Пополудни визит к тетушке Хёсьхен.


Поттхаст — Гутсхоф — театральный зал — Кормление оленей — Дюррек.


Понедельник, 15 января


Из-за крупного наступления на Востоке поезд фюрера в 16.30 отправляется в Берлин, прибытие в Берлин 16.1. в 8 часов.


М.Б. должен ждать на Оберзальцберге. Вторник, 16 января


Среда, 17 января


Четверг, 18 января


(18.10) 19.10 отъезд спецвагоном в Берлин,


папочка с мамочкой, Е.Б., фрау Фегеляйн и Бредов.


Пятница, 19 января


Прибытие в Берлин 14.55.


после обеда мамочка едет в Штольпе.


Эти дни могут производить идиллическое впечатление: папочка и мамочка, вся семья посещает ресторан и шампиньонные плантации; 12 января М.Б. собирает на ужин всех своих сотрудников и свитских, живущих на «Бергхофе». О серьезности положения лишь косвенно сигнализируют некоторые записи, например, «посещение шахт» (видимо, осматривали места для верного хранения документов и ценностей). И вдруг: большевики переходят в наступление!


Так рукой самого Бормана было вписано роковое и ненавистное для него и для третьего рейха слово: «большевики». Это и будет объектом нашего очередного очерка, в котором мы исследуем роль Бормана в самой значительной военной операции рейха — в операции «Барбаросса», которая должна была привести к разгрому Советской России.




Опубликовано: 28 июля 2010, 13:05     Распечатать
 

 
электронные книги
РЕКЛАМА
онлайн книги
электронные учебники мобильные книги
электронные книги
Полезное
новинки книг
онлайн книги { электронные учебники
мобильные книги
Посетители
электронные книги
интернет библиотека

литература
читать онлайн
 

Главная   |   Регистрация   |   Мобильная версия сайта   |   Боевик   |   Детектив   |   Драма   |   Любовный роман   |   Интернет   |   История   |   Классика   |   Компьютер   |   Лирика   |   Медицина   |   Фантастика   |   Приключения   |   Проза  |   Сказка/Детское   |   Триллер   |   Наука и Образование   |   Экономика   |   Эротика   |   Юмор