File engine/modules/ed-shortbar/bar.php not found.
Библиотека книг онлайн
  Добавить в Избранное   Сделать Стартовой  
книги
 
  Search  
электронная библиотека
онлайн библиотека
Главная     |     Регистрация     |     Мобильная версия сайта     |     Обратная связь     |     Карта сайта    |     RSS 2.0
библиотека
     
» Олег Измеров Задание Империи

 

Олег Измеров Задание Империи



8. На пороховой бочке.



Как ни странно, но по дороге по ночной Бежице на Виктора никто не нападал и не пытался похитить. Спокойно дойдя домой и поздоровавшись с Катериной и "родственниками", он уединился в своей комнате и предался размышлениям. Абсолютный пофигизм здешнего общества к репрессиям, с которым он сегодня столкнулся во второй раз, казался ему несколько неестественным.


"Ну как можно спокойно предаваться ласкам и танцевать, когда кого-то забирают?" — думал он, глядя на звезды в полуоткрытом по случаю жары окне. "Там же все-таки люди. Здесь все такие индивидуалисты? Не похоже. Или тех, кого забирают, не относят к таким же людям? Наверное, второе. Они для них уже другие. Фашистские… нет, здесь большевистские вампиры, враги народа, выродки… стоп, выродки — это у Стругацких. И когда фашисты — в смысле, не эти, а которые гитлеровские — сюда придут, они не будут считать за людей нас, и могут нас уничтожать, оставаясь в душе порядочными. Вот что значит недемократичное общество. Хотя, а далеко ли демократичное-то от него ушло? Если наши попы менторским1 тоном вещают о страшном грехе богоотступничества, может ли человек в нашем обществе спокойно и открыто сказать "Бога нет", то есть то, что пишут на трамваях во второй реальности? И не дойдем ли мы до такого состояния, что людей, отказавшихся от религии, будет убивать слепая толпа, как в позднее средневековье, и всем будет все равно, потому что вставших с колен перестанут воспринимать, как людей? Или просто все пойдет по еще одному кругу, и на святое писание будут смотреть столь же безразлично, как Геннадий Хазанов на материалы очередного съезда КПСС? Да, кстати, материалы. Надо посмотреть, что же снова на дом задали."


В портфеле оказалось что-то вроде досье по организации, именуемой Оркобюро.


Виктор протер глаза и еще раз перечитал название в формуляре на коленкоровом переплете: Оркобюро.


"Это что, уже гоблинский перевод пошел?" — подумал Виктор и на всякий случай понюхал папку. Папка пахла пылью, бумагой, копировальным аммиаком, коленкором, фотоэмульсией и клеем, что явно свидетельствовало о ее реальности. Он развязал тесемки стал знакомится с документами.


К оркам, как выяснилось, эта контора не имела никакого отношения, а расшифровывалась как "особое ракетное конструкторское бюро". Основано оно было тем же самым Эрлих-Кричевским, и не удивительно, ибо он был поставлен руководить чем-то вроде миноборонпрома. Институт своевременно финансировался, а для работы в нем были приглашены, в частности, такие известные Виктору личности, как Лангемак, Клейменов, Королев и Глушко. После осуждения Эрлих-Кричевского нагрянула комиссия и откопала убийственный и грамотно обоснованный компромат. Снаряды "катюш" улетали с направляющих по самым невероятным траекториям. Некоторые из них шлепались на землю в нескольких метрах от пусковой установки, спустя секунды оживали и летели куда угодно, в том числе и в направлении самой установки. Заключения военных по целой куче разработанных ракетных снарядов на твердом топливе были единодушны — системы созданы в отрыве от реальных потребностей армии, боевое применение неясно, результаты стрельб совершенно неудовлетворительные, а само оружие крайне опасно в обращении.


По жидкостным ракетным двигателям, то-есть, по тем, что занимались Королев и Глушко, ситуация была еще более беспросветной. Начинаний была масса — баллистическая ракета, морская реактивная торпеда, зенитные ракеты, крылатые ракеты и реактивный самолет, — но ни по одному из направлений добиться какого-либо положительного результата не удалось. Опытные образцы постоянно взрывались, системы управления отказывали, эксперты убедительно отмечали невозможность обслуживания установок с ЖРД в полевых условиях. Как итог, деятельность Оркобюро была признана подрывной, и направленной на растрату казенных средств. В конце прилагался список осужденных сотрудников.


Бегло взглянув на список, Виктор вскочил с кровати и пулей вылетел в гостиную, где "родственники" уже ставили раскладушки.


— Мне надо связаться со Ступиным! Срочно!


Антон невозмутимо вытащил из-за шкафа полевой телефонный аппарат, покрутил ручку и передал трубку Виктору.


— Слушаю, — раздался знакомый, и уже несколько сонный голос штабс-капитана.


— Это Еремин говорит.


— Я понял. Что случилось?


— Я по поводу Королева, Глушко, Лангемака и еще ряда сотрудников Оркобюро. Их надо немедленно освободить!


— Уже. Как только ознакомились с вашей "статьей". Точнее, пока мы их привлекли для участия в оперативной деятельности. Пересмотр дел, сами понимаете, потребует времени, да и чтобы настоять на нем, нам нужны основания.


— Какие основания? Это же Королев!


— Это у вас там Королев — это Королев, а у нас он пока не Королев! — жестко отрезал штабс-капитан. — Вот найдете способ, как из того, что они насоздавали, выжать хотя бы какую-то пользу, тогда будем добиваться пересмотра, нет — извините, а чем и кому я докажу, что они случайно попали в этот поток прохиндеев и растратчиков? Вы вообще знаете, что закупки вооружения за тридцать седьмой год сорваны? Деньги ушли, кому ушли, куда ушли — ничего найти нельзя, все формально неподсудны! Это что, жандармерия виновата, что в России жулья, что дерьма за баней? Что вы тут сделаете с презумпцией невиновности, когда у вас из под носа все уворуют! Вы из будущего, вы больше знаете, вот и дайте завтра мне карты в руки, чтобы я мог ходить и доказывать! Другие вопросы есть? Нет? Тогда до завтра!


"Подловил таки", подумал Виктор, вернувшись в свою комнату. Машинально он подметил, что до сих пор не разобрался в тонкостях здешней системы силовых структур. По тому, что он видел, получалось, что жандармерия занималась всем, что было отнесено к вопросам национальной безопасности, а полиции был отдан криминал, дорожное движение, хозяйственные преступления и все такое подобное, причем полиция была как бы случаем не земской. Это было не совсем похоже на то, что было в дореволюционной России, где жандармерия была прежде всего чем-то вроде военной полиции, но имело свою логику, и в чем-то было даже менее расплывчато, чем советские названия "ОГПУ" или "НКВД". И еще у них есть какой-то Синод, который "поймет ситуацию".


Было ясно, что штабс-капитан в какой-то мере использует Королева, Глушко, Лангемака и прочих ракетчиков, как заложников, чтобы побыстрее добиться от него, Виктора, пути выхода из тупика с разработками. С другой стороны, если штабс-капитан, наоборот, хочет освободить репрессированных специалистов (а он не дурак и понимает, что ракетное оружие без них не создать), то опять-таки все упирается в него, Виктора. Добро и зло как-то причудливо переплелось.


"Ну вот и миссия Руматы Эсторского: спасать ученых…"


…Погода с утра оказалась ненастной. Было не жарко, небо было сплошь затянуто какими-то однообразными шинельно-серыми тучами, из которых лениво сыпал мелкий дождик, какой раньше обычно называли "ленинградским". Дворники, скрипя и щелкая, лениво размазывали капли по лобовому стеклу "опеля", из-под колес встречных машин летела грязь. Сквозь забрызганные этой грязью боковые стекла мимо проплывали потемневшие домики Городища. Виктора радовало, что он вчера успел взять зонтик — недорогой зонтик из черной материи с деревянной рукояткой. Не синтетика, так что надо обязательно сразу сушить, а то ткань погниет.


— Во субботу, день ненастный, нельзя в поле работать? — спросил его Ступин, куривший в ожидании на крыльце здания на базе бронепоездов, под козырьком, с которого стекали на землю прохладные струйки. — Может, отложим до понедельника? И фигуранты отдохнут с дороги.


— Полагаю, они предпочли бы не томится неизвестностью. Поговорить есть о чем, думаю, не нужно затягивать.


— Ну что ж, с вашего позволения, я только докурю. Самому интересно, как вы сумеете обернуть эту ситуацию. Немцы-то занимались ракетами вынужденно, чтобы обойти ограничения, навязанные Антантой после войны.


— Кстати, а почему такие встречи проводятся здесь, на военной базе, а не в министерстве оборонной промышленности или как оно у вас там? Решения-то кто будет принимать?


— В министерстве? — Ступин сделал неторопливую затяжку. — После казни Эрлих — Кричевского в министерстве выискивают врагов империи и пишут доносы друг на друга. Там обсуждение может уйти в сторону, далекую от техники. Это во-первых. Во-вторых, в министерстве еще надо объяснить, почему вопрос обсуждается с участием лиц, осужденных за государственные преступления, и коим положено находиться на каторге. Например, по сегодняшней теме. В-третьих, пока не установлено окончательно, кто есть вы, а действовать надо. Не волнуйтесь, я не собираюсь втягивать вас в какую-нибудь дворцовую интригу или использовать в каких-то личных или кабинетных играх. По мере выяснения истины вы выйдете на лиц, имеющих практически безграничные полномочия. Ну, разумеется, если вы действительно оттуда.


Штабс-капитан бросил бычок в стоящую рядом урну.


— Кстати, у меня для вас хорошая новость: Синод благосклонен к вашей идее интеграции свинга в среду православной молодежи. Такое впечатление, что эта идея там давно бродила в умах, и нужен был только человек, который решится высказать ее открыто. Правда, все это пока неофициально, но для Синода неофициальное благоволение куда важнее канцелярских бумажек.


— Простите, а что такое Синод и чем он занимается? Я еще не успел глубоко изучить вашу политическую систему.


— Синод… Ну, в вашей реальности церкви есть? Не разгоняют?


— Да, есть разные зарегистрированные конфессии. Церковь отделена от государства, но официально празднуются различные религиозные праздники, официально признается положительная роль церкви в различных аспектах общественной жизни… Вот так как-то.


— Это плохо. Если государство благоволит церкви, оно обязано следить за ней и направлять, а то она начнет вымогать у государства разные блага. Вот Синод у нас и направляет. Именно благодаря нему сейчас под эгидой церкви находятся ночлежные дома, колонии бывших малолетних беспризорников, поселения освобожденных из мест заключения. Тысячи священников работают в тюрьмах и каторжных лагерях, в туберкулезных и психиатрических диспансерах, идут к страждущим и обремененным. Если священник не пройдет этой тяжелой и грязной работы среди людских страданий, он никогда не сможет рассчитывать на приличное место в церковной иерархии. Так что не считайте уж нашу церковь опиумом для народа.


— Да я и не считаю. Тем более, куда со своим уставом в чужой монастырь…


…Королева он узнал сразу. По характерной М-образной волне зачесанных назад волос, открывавшей высокий лоб и прищуренным глазам.


Их было трое, в приличных немецких серых костюмах в полоску по размеру, в одинаковых, подобранных в тон, рубашках и галстуках. Королев, Глушко и Лангемак. Похоже, что перед встречей над ними хорошо поработали в парикмахерской и салоне красоты.


— Здравствуйте… — Виктор слегка замялся, растерянно думая, как же их назвать, чуть не сказав привычного "товарищи". "Господа"… а у них к заключенным так обращаются? В СССР "товарищами" не называли, может и здесь так? Если "граждане", то есть ли здесь вообще такое обращение? Республику-то того… И вообще, по какой легенде он, Виктор, с ними работает? Инопланетянина? Жертвы техногенной катастрофы? Тоже мне, агент…


— …коллеги.


— Здравствуйте… — коллеги, по-видимому были растеряны не менее, и немного стеснительно обменялись рукопожатиями.


Господи, он только что пожал руку самому Королеву, немеркнущей славе нашей Родины. С ума сойти. Хотя, собственно — а что, Глушко меньшая величина? Двигатели-то его. И кто знает, как бы был знаменит Лангемак, если бы не погиб во время репрессий? А еще интересно — неужели в нашей реальности деятельность РНИИ со стороны смотрелась таким же отмывом бабла, как здесь — работа Оркобюро? Наверное… Тут только специалисту разобраться. Тогда судьбу науки и техники решали не имеющие технического образования следователи, сейчас, в нашей реальности — не имеющие технических знаний манагеры, которые формируют мнение, ужравшись до блевоты на каком-нибудь бизнес-форуме в Сингапуре… И если у следователя хоть видно, что технического диплома нет, эти предъявят целую колоду — дипломы можно заказать по Инету с доставкой на дом. Сейчас любую липу можно заказать по Инету, вплоть до трудовой книжки с записью о стаже работы Президентом РФ. Та же эпоха репрессий, только более благообразная.


И, кстати, когда же Королев писал статью в "Физике для юношества", о которой говорил Морозов? До ареста? А Морозов хотел таким макаром намекнуть ему, Виктору, насчет Королева? "Давайте не отвлекаться от собственно бронетехники…" Ладно, теперь уже не важно.


— Ну как, готовы к моменту истины? — спросил Ступин.


— Вполне, — ответил за всех Королев, — вначале думали, что на виселицу отправят, смертников хорошо кормят, потом, что на императорский бал. А к выяснению истины мы всегда готовы, это наша профессия. И где-то даже судьба.


Он широко улыбнулся, и от уголков рта и краев глаз разошлись вееры ранних морщинок.


"Он еще и шутит про виселицу… Как-то это не вяжется с образом. Подменили? Нет, ну почему так сразу… Человек летал на фанерных планерах, получил ранение при взрыве ракеты 212… должен был получить в этом году… короче, что такое виселица для ученого, смотрящего в лицо смерти ради первого шага в межпланетное пространство?"


— Ну что ж… Тогда начнем с выяснения по результатам работ Георгия Эриховича, если возражений нет.


Лангемак, сорокалетний лысоватый мужчина с высоким лбом, немного заерзал от волнения.


— Если позволите, я по порядку…


— Немного погодите. Самоотчета пока не нужно. Основная проблема у вас была в использовании для первых опытных образцов сначала пироксилиновых, а затем пироксилинотротиловых порохов. С одной стороны, это выглядело разумно, поскольку в России по настоящее время выпускаются в основном пироксилиновые пороха, однако как ракетное топливо они перспектив не имеют — ограничена длина шашек и прочее. Вместе с тем в России велись работы и по более пригодным для РДТТ так называемым баллиститным порохам, однако из-за разобщенности этих тематик получалось, что РС никого не интересуют из-за низких результатов, а для баллиститного пороха не оказалось крупных заказчиков именно потому что не выпускались РС, такой вот замкнутый круг. В итоге мы имеем на данный момент только опытный Югоукраинский завод, на котором изготавливается баллиститный нитроглицериновый порох, близкий к нашему НГВ…


— К вашему НГВ?


— Да, были опыты весьма удачные, к сожалению, при катастрофе почти все погибло. Но, главное, есть аналог. Плохо то, что на заводе низкая культура производства, высокая аварийность из-за незнания многих технологических тонкостей.


— Это верно, — устало подтвердил Лангемак, — мы начали экспериментировать с зарядами из баллиститного пороха, но брак… Понимаете, здесь влияют даже такое, как, ну вот, кто поставщик коллоксилина.


— Тем временем в Германии производство баллиститных порохов прекрасно отлажено для ствольной артиллерии, причем твердотопливные ракеты их интересуют мало — все отдано на программы фон Брауна, а реактивные снаряды пытаются до сих пор делать на черном порохе. Возможно ли закупить у них завод, технологию, чтобы их специалисты все отладили и обучили? Повод — создание резервных мощностей в России для поставок в Германию. Мы ведь все-таки союзники и потенциальные товарищи по оружию.


— Хм, вот вы как, — Ступин потер рукой лоб, — трудно сказать, насколько они пойдут на создание производство полного цикла. Вы же знаете их тактику.


— Ну так объясните… проведите через агентов влияния мысль, что пороховые заводы в Германии уязвимы для авиации союз… бывших союзников Антанты и опасны для немецкого населения, а в России эта пороховая бочка будет далеко, да и черт с ними, с этими русскими, если взорвутся, пусть прямо так и объясняют. В конце концов — ну неужели жадность фраера не погубит? Подкинуть им идею природного газа. Представляете, в Германии больше никакого угля, никакой копоти, чистые немецкие городки, идеал высшей расы. Все на экологически чистом топливе.


— Заманчиво. А откуда они возьмут столько газа и при чем тут мы?


— Как при чем? А шестнадцать триллионов кубометров на Уренгое?


— Где-где? — спросил до этого момента молчавший Глушко.


— Господа, вы понимаете, что все, что вы здесь услышите — сведения совершенно секретные. Не будем уходить от темы. Раз завод нужен — купим, легально, нелегально, выкрадем секреты, завод будет. Продолжайте, пожалуйста.


— Использование баллиститных порохов позволит нам получить не только реактивные снаряды для установок залпового огня, но и создать двигатели для баллистических ракет малой дальности, примерно где-то километров пятьдесят, ракеты воздух-воздух и воздух-земля с кумулятивными зарядами для штурмовиков и зенитных управляемых ракет против высотных бомбардировщиков. По последним будет на данном этапе наиболее эффективной командная система наведения.


— Извините, перебью, — вмешался Лангемак, — но рост выпуска боеприпасов потребует и рост выпуска сырья для баллиститного пороха, а у нас в России всего один завод централита. Понимаете, его вводят в состав пороха для стабилизации его химической стойкости. Из-за сложности изготовления централита, да, впрочем, и основного сырья для его производства, это самый дорогой компонент, да и выпускают его мало.


"Черт, это же что-то читал… Во время войны было, завод там эвакуировали, снарядов для "катюш" не хватало. Думай, думай…"


— Знаете, кажется, были опыты по замене централита, как стабилизатора, окисью магния, и вроде результат положительный. Надо попробовать.


— А это не из-за этого…


— Нет, это другая тема.


— Все-таки замечу, что и баллиститные пороха не позволяют добиться того увеличения дальности стрельбы, которое дадут жидкостные двигатели даже на высококипящих компонентах, — нетерпеливо заметил Королев, — и если мы не хотим останавливаться на пятидесяти километрах…


— Простите, Сергей Павлович… ("Господи, кого я перебиваю? Самого Королева!") Мы обязательно перейдем к ЖРД, только сперва закончим с твердотопливными. В полевых условиях стартовые комплексы ракет с ЖРД действительно трудно обслуживать, готовить ракету к пуску долго, и такие комплексы весьма уязвимы для противника. РДТТ позволит нам делать комплексы мобильными. Однако Вы правы — для ракет средней и большой дальности потребуется уже другое твердое топливо. Были сделаны успешные эксперименты с топливами под условным названием "смесевые", состоят в осном из окислителя, горючего и связующего. Окислитель — это перхлорат аммония, стабилизированный нитратом калия, чтобы заряд не растрескивался. Как заменитель, можно нитрат аммония, но он похуже, и еще перспективно использование динитрамида аммония, хотя он дорогой. Горючее, оно же связующее — это различные каучуки, синтетические смолы, нитрополимеры. В них добавляют примерно на четверть порошки металлов, алюминия или магния. В качестве еще одного дополнительного компонента горючего можно использовать октоген или гексоген, но не больше четверти, а то растет опасность детонации. До трети массы — это пластификаторы, катализаторы, например, хромит меди, отвердители, и… и, к сожалению, это все, что мне известно. Основные тонкости уже придется выяснять в ходе исследований.


— И какие же результаты это дает?


— Можно получить удельный импульс до трех тысяч метров в секунду. Ракеты на таких топливах могут иметь дальность порядка сотен километров. А в перспективе и тысяч километров.


— А больше ничего не можете вспомнить по этим топливам?


— Так я же сам ими не занимался. Могу только добавить, что компонентов может быть до дюжины, и… вот еще важно, двигатель изготавливался заливкой, и при этом сразу формируется внутренний канал горения. При этом корпус двигателя дополнительно защищен от горячих газов слоев топлива.


— Вот это существенно. Значит, есть возможность создать двигатель со временем работы в десятки секунд. Химиков надо собирать, пусть копают в этом направлении.


— И металлургов — искать материалы и покрытия для сопловых блоков…


"Ладно, теперь у нас есть двенадцать лет форы по сравнению с американцами", думал Виктор. "Времени на поиски достаточно"


— …Теперь переходим к ракетам с ЖРД. Идей было много, но из-за ограниченности ресурсов немного распылились. Например, самолет с ЖРД в ближайшие 15–20 лет не будет иметь практического значения…


— Но позвольте, — перебил Глушко, — мы уже в ближайшее время можем получить самолет со скоростью тысяча километров в час! Полторы тысячи! В то время как двигатели фирмы БМВ развивают тягу втрое меньшую. Мы делаем большую ошибку, пренебрегая идеей ракетоплана! Ну скажи хоть ты ему! — обратился он к Королеву.


— Подожди, — ответил тот, — пусть человек доскажет. Нас пока тут слова никто не лишал.


— Вот вечно ты так. Идешь на компромиссы с ретроградством и невежеством. Оттого и загремели из-за твоего соглашательства.


— Слушай, знаешь что… — Королев начал багроветь.


— Стоп! — гаркнул Виктор. — То, что я скажу, вас помирит. Сосредотачиваться сейчас надо на перспективных целях. Баллистическая ракета средней и большой дальности, способная нести ядерный заряд в любую точку планеты. Политическое оружие, которое предотвратит большие войны. Если его не создать, это оружие появится к середине сороковых у Германии или США, И тогда гибель Помпеи покажется детским фейерверком. Поэтому предлагаю прекратить все ссоры. На карту поставлена не какое-то правительство, возможна гибель всего человечества. Александр Семенович! Покажите вы им мобильник!


— Подождите… — Королев выглядел растерянным, — вы что, из будущего? Это там катастрофа?


— Я был в вероятном будущем. Которое можно изменить. Это от вас зависит, будет катастрофа или не будет. Будет ли вообще человек, как биологический вид, или останутся тараканы, которые устойчивы к радиации. В Сибири, кстати, тоже не укрыться. Будет ядерная зима и ледниковый период.


— А если мы не справимся, — Лангемак нервно разминал руки, — нас казнят?


— А если не справитесь, погибнем вместе. Погибнут близкие, знакомые. Должны же мы попытаться что-то сделать?


— Да… Вы правы.


— Вы что-нибудь знаете о ракетах будущего?


— Немного удалось.


— Ну я же говорю — не надо перебивать. Может, по двигателям что присоветует.


— Да я что… Кто же знал-то… Всем подряд доказываешь — никто не слышит…


— Ладно, ладно…


— Ну. значит… — Виктор начал речь с этих слов-паразитов "ну, значит", чтобы как-то снова уложить в памяти то, что от собирался сейчас говорить, — как вы считаете, что главное в ракетостроении?


— Странный вопрос. Двигатель, конечно.


— Уточню. Материалы двигателя, теория, технологии.


— Многое. Корпус, система управления, топливо…


— В общем верно, все это так… и не так. Главное в ракетостроении, это — качество. В современной индустриальной системе каждый рабочий, каждый инженер приучен к тому, что есть некий допустимый предел ошибок, брака который безнаказанно можно допустить. Этот предел — небольшая величина. Но в таком сложном и критичном к дефектам изделии, как ракета, эти небольшие пределы в итоге дают вероятность общего отказа, близкого к единице. Тем более, что в создании и производстве ракеты будут заняты сотни заводов и КБ. Отсюда вывод, нужно изменить сознание работника, поставить его в такие условия, когда целью его работы станет не допустить брака вообще…


Виктор вкратце разъяснил основы Саратовской системы управления качеством 50-х годов, как достаточно простой и легко встраиваемой в вероятные рамки производственной бюрократии. Он заметил, что Королев слушает его необычайно внимательно.


— Вот! — воскликнул он, когда Виктор закончил, — вот то, что я все время говорил! Нас все время резало опытное производство. Не столько в конструкции дело, сколько в мелочах, которые лезут из каждой дырки. Кустарщина и малограмотность — вот ваши диверсанты. Здесь нужен не только новый станок — нужен новый рабочий, с сознанием ученого, с фанатической готовностью преодолевать себя. Тогда мы чего-то достигнем. А вы знаете, сколько пришлось всех убеждать использовать при планировании работ графики Гантта?


— Это сетевое планирование, что ли? Мощная штука, только надо дополнить методом анализа критического пути, лучше по методу ПЕРТ, там четыре длительности работы, оптимистичская, пессимистическая наболее вероятная и средневзвешенная, и метод критической цепочки, который учитывает наличие ресурсов…



…Автор безжалостно опускает дальнейшую часть беседы до обеда. В конце концов, сейчас это можно найти в учебниках. А вы думали, разговор пойдет о форме камеры сгорания? Ничего подобного. Чтобы строить ракеты, надо сперва создать новое производство, новых работников, новые методы управления. А иначе выйдет, как обычно у нас бывало, когда прекрасная идея так и оставалась на уровне опытного образца.




Опубликовано: 28 июля 2010, 06:54     Распечатать
 

 
электронные книги
РЕКЛАМА
онлайн книги
электронные учебники мобильные книги
электронные книги
Полезное
новинки книг
онлайн книги { электронные учебники
мобильные книги
Посетители
электронные книги
интернет библиотека

литература
читать онлайн
 

Главная   |   Регистрация   |   Мобильная версия сайта   |   Боевик   |   Детектив   |   Драма   |   Любовный роман   |   Интернет   |   История   |   Классика   |   Компьютер   |   Лирика   |   Медицина   |   Фантастика   |   Приключения   |   Проза  |   Сказка/Детское   |   Триллер   |   Наука и Образование   |   Экономика   |   Эротика   |   Юмор